ты назвала меня убогим
ты вышла голой на балкон
в полёте слёзы высыхают
не долетая до земли
а ты молилась дездемона
вот что ответишь тут ему
и чорт меня спросить попутал
кому
как и всегда по воскресеньям
презрев свободу и уют
устало в полночь выходные
уйдут
чтоб в душе радио послушать
теперь кладу мобильник в таз
хороший звукоусилитель
а раньше в раковину клал
без чувств упала акушерка
увидев вынутый объект
и тот удрал свою мамашу
на пуповине волоча
сожрал тушёнки на неделю
насрал в палатке друг егор
а мы ведь даже не добрались
до гор
я обновляю эпителий
достаточно пяти недель
и у меня не будет клеток
соприкасавшихся с тобой
внутри холодной батареи
идёт секреция воды
густой и движимой биеньем
ресничек эпителия
я психанул с кем не бывает
лишь временный нанес урон
ведь все равно тот город вечен
нерон
олег кричит что деньги благо
егор кричит что деньги зло
а николай хранит молчанье
поскольку знает денег нет
стекло в окошко нужно вставить
пол настелить навесить дверь
жениться завести детишек
и ждать когда придут свои
реинкарнировал в собаку
теперь не жизнь а вой да лай
уж лучше б ламой оставался
далай
тут всякий станет мясоедом
когда вдруг чтото меж полей
хрипит хватая за штанину
полей
гертруда хочет чтобы дочка
была похожа на петра
и красит глазки ей зелёнкой
к спине привязывает горб
я научился прятать слёзы
и стал безжалостен и сух
но ты их кажется находишь
на тёмной кухне по ночам
не верю в дьявола и бога
моя религия проста
подсчет репостов или лайков
с поста
вот дом музей петра петрова
он помер не оставив нам
полотен книг или симфоний
вот только этот дом музей
шутил патологоанатом
так искрометно что олег
не выдержал и засмеялся
придется снова зашивать
ненатуральные блондинки
так неестественно умны
что не понять зачем такие
нужны
кто набирал ведущих в теле
какой кошмар какой позор
они ж не влазят даже в теле
визор
себя приходится лелеять
и раб себе и господин —
я у себя такой на свете
один
в защиту детства много фондов
но не нашёл никто пути
как от родительских амбиций
спасти
по дебрям губ твоих плутая
порхая в космосе волос
срываюсь в пропасть одеяний
и расшибаюсь о нельзя
в детей защиты светлый праздник
необъяснимо почему
мне вспомнилась дитя природы
муму
я верю одним замечательным днём
мы древние вспомним ремёсла
и статуям в парках конечно вернём
вёсла
а если чувствую тревогу
то вызываю эмчеэс
крича протяжно и печально
и слушаю ответный крик
заштопанный пиджак рубашка
заштопанный халат пальто
заштопанная жизнь досталась
за што
а у амебы нету мамы
как впрочем мозга тоже нет
чтоб осознать весь ужас этой
неполноценности своей
под звуки наших телефонов
под мысли кто же нам звонит
при свете новых эсэмэсок
старалась я тебя любить
у кролика четыре папы
а мамы две отсилы три
вон те пушыстые с ушаме
нет это папы или нет