олег не пьет вино и водку
предпочитая лимонад
и разговоры о структурах
монад
решил убить себя об стену
и вот бегу глаза закрыв
стена стена стена какашки
обрыв
отбросьте эти предрассудки
давайте грабить убивать
но не меня мне завтра рано
вставать
твой облик был бы мне приятен
будь в нем поменьше трупных пятен
пилот с закрытыми глазами
умеет печень посадить
олег дрожащими руками
свою заглаживал вину
уже в тылу нашла героя
медаль за мужеложество
евгений был рождён тромбоном
и много горя на земле
да и в других частях вселенной
от этого произошло
люблю шептала мне наталья
давай ещё ну не жалей
ну я и дал вторую тыщу
рублей
не умещаю жизнь в семь строчек
а раньше в слово умещал
но постепенно прибавлялись
к ней разные эпитеты
на подоконнике два тапка
во двор распахнуто окно
а вечером полуботинки
носами внутрь стоят на нём
два робота идут просёлком
июньский день уже погас
фашистский робот держит шмайсер
колхозный закусил губу
я бросил пить курить оксану
и николая и илью
но я не насовсем их бросил
и скоро их опять начну
клянусь быть вечно идиотом
презрев всю интеллекта гнусь
умней не стану ни на йоту
клянусь
опять жена машина наша
накрылась органом твоим
вот раньше мы котов гоняли
грустит о прошлом колбаса
когда простым и нежным пальцем
ласкаешь ты меня мой друг
внезапно входит в раздевалку
физрук
олег нашол в подъезде рвоту
но растерялся и упал
евгений выходя из лифта
ему споткнулся об лицо
однажды чорный чорный негр
приходит в чорный чорный морг
и чорными глазами смотрит
морг морг
ну фрак допустим я надену
но галстук бабочку уволь
не бабочка там будет в тему
а моль
серёжа перестань плеваться
мой суп харчо не так уж плох
сергей еще раз сплюнув пеной
издох
одобрен санэпиднадзором
наш новый препарат бухло
он увеличивает сиськи
джей ло
говно в истерике кричало
ах тяжела моя стезя
мне с горя даже утопиться
нельзя
когда устанешь улыбаться
к душе израненной пришей
улыбки контуры до самых
ушей
мечтаю превратиться в кошку
чтоб на работу не пойти
и на душe весь день у шeфа
скрести
и как я ни старалась тихо
но кружка звякнула о стол
теперь ты знаешь я готова
и достаешь виолончель
я тихий скучный незаметный
невзрачный серый порошок
лежу всю жизнь забившись в щёлку
и всю то жизнь чего то жду
толстяк с блаженною улыбкой
поёт в метро прикрыв глаза
порой откроет глянет вздрогнет
закроет и опять поёт
о боже как же неудобно
подумал путин разведясь
никто носки не постирает
никто не приготовит борщ
когда я говорю о благе
я вспоминаю прошлый год
когда племянник обезглавил
и приготовил нам лося