капая слюною
с треснувшей губы
я мешки с деньгами
поворочал бы
зеркальце поведай
тайны этих стен
кто из тела ночью
тырит коллаген
не любит сметану оксана
сметану любит и бизе
вылезли из моря
три богатыря
остальные тридцать
рыбы до сих пор
в голове оксаны
чисто и светло
лишь письма татьяны
листик занесло
я вам иешуа не верю
я верю в магию борща
чей цвет сродни моей изнанке
плаща
не могу понять я
плавятся мозги
три зачем педали
если две ноги
нам всем труба пропела звонко
нам всем труба нам всем труба
видно айвазовский
об девятый вал
и кистей и вёсел
много обломал
мощным басом киллер
вывел фа ре соль
ольгу фальшь убила
глеба антресоль
то хрустит коленка
то болит спина
в сорок лет настигла
старость пацана
царём небесным взят в прислугу
немецкий канцлер олух шольц
бриз ласкает кожу
в пузике винцо
чайки ставят лайки
прямо на лицо
я давно не кроха
но не вник ишшо
почему так плохо
после хорошо
я сидел невесел
пил ирландский эль
за стеной дженезил
питер габриэль
с двух алиготе то
тридцать фуэте
вам не ёксель моксель
ёпэрэсэтэ
пить курить бросала
ветер перемен
подхватил и опа
бар кальян армен
я знаю что петух зажарен
и скоро действовать начнёт
коньячкус озвучил
арамис вопрос
дас атос ответил
а портос а тос
ты меня сегодня
не нервируй муль
с гаража с букетом
это не нормуль
гости привалили
туфли там и тут
сколько же в прихожей
радости коту т
аркадий смотрит на оксану
лежащую на стеллаже
и думает такого не бы
ло же
я смотрю на тех кто
соблюдает зож
вот что характерно
много грустных рож
на цепь посажен кот учёный
чтоб знал собака как гулять
глеб всегда охвачен
праздной суетой
в ней он потерпевший
или понятой
поглазев в музее
на девятый вал
от морской болезни
я полдня блевал
ну уж нет сентябырь
мне не подойдёт
продлеваю лето
я на целый год
помойте все свои машины
чтоб дождь у нас уже пошел
смотришь утром рано
в голубую даль
в выходной с вопросом
встал то я схераль
пятница стемнело
сброшен гнёт оков
путь к постели устлан
трупами носков