оля перед смертью
не даёт илье
пропадают стоны
эротичные
уродливый иван царевич
решительно хватает лук
лягушка крестится рыдает
и умоляет не стрелять
как мило восклицает фёдор
побольше этого готовь
как мыло тут же добавляет
свекровь
олег над мимикой работал
добился выраженья глаз
что все кондукторы в трамвае
сказали этот с проездным
в деревне свадьбы длятся долго
дня три все пьют за молодых
потом поминки по убитым
а после проводы убийц
а там манохин на объекте
и с головой ныряет в люк
а я дурак пошёл за хлебом
на плюк
незаметно в жэке
пятница летит
если мастер примет
пару маргарит
а эту даму заверните
привычно просит терапевт
и в целофан ему пакуют
портрет
в связи с бессмысленностью жизни
геннадий из неё ушёл
но так как смысла нет и в смерти
под новый год вернулся вновь
насколько игорь позитивен
а также алексей ильич
решат каких то пара тестов
на вич
олег крадется по квартире
чтоб никого не разбудить
и аккуратно наступает
на хвост лежащего кота
оксану принимали люди
за стол за вазу за окно
и только пьяный анатолий
в ней человека рассмотрел
улетела крыша
счастлив братцы я
больше света лучше
вентиляция
вот фотография без даты
когда ж мы были так пиздаты
на мятом бампере кайена
вы выглядите охуенно
в дверь туалета постучали
кто там спросил вениамин
и томик карла маркса спрятал
на всякий случай под бачок
толстой трудясь над холстомером
тревожно думает о том
к чему всё время снится дверь за
холстом
кажется порою
глядя на других
праздник к нам приходит
а живёт у них
люблю попеть я в караоке
все остальное не пороки
аркадию в военкомате
велят раздеться до трусов
аркадий встал по стойке смирно
снимает первые трусы
ребята только не ногами
молил отчаянно брюс ли
а все плечами пожимали
и шли
на день рожденья подарили
не помню старость или смерть
большая синяя бутылка
венецианского стекла
сперва я волю дал гормонам
потом отпизжен был омоном
олицетворяя
социума срез
я живу небритый
и слегка нетрезв
интеллигент услышав шутку
смеётся вежливо полдня
и лишь потом тактично скажет
херня
нельзя смотреть без содроганий
смертельный номер где факир
глотает залпом прошлогодний
кефир
я вас собрал ветеринары
прочёл в бумажке президент
и посмотрел на ветеранов
а ветераны на него
сначала посчитал до тыщи
потом мечтал потом старел
но всё никак не начинался
расстрел
просить ли жалобную книгу
когда вам продавец грубит
а вы в спортивном магазине
у бит
болезнь и горе обступили
как стая диких злых волков
из всех углов моей палаты
горят их красные глаза