в укромной бухте бросив якорь
избег участия в резне
линейный крейсер устрашимый
без не
адам напился и буянит
так ты мне бро или не бро
жена с укором в рифму в точку
ребро
никто из нас не застрахован
от винограда в колбасе
а от говядины в мадере
мы все
на зону декольте вам нужно
прикладывать капустный лист
простите девушка вы точно
стилист
дэартаньян смахнет украдкой
слезу на старую гармонь
вздохнет в усы и запоет про
гасконь
вы мой кошмар и вы мне снитесь
я просыпаюсь вся в поту
в слезах с непроизвольным стоном
во рту
летят эпохи словно листья
на дно уходят острова
а колю всё не отпускает
трава
мы можем делать топосъёмку
а можем землю отчуждать
клиент заплатит и не знает
чё ждать
со смутным чувством анатолий
стремглав выходит на балкон
а мимо пролетает френсис
бэкон
за две секунды до удара
олег услышал окрик эй
всё потому что звук гораздо
быстрей
сочёлся незаконным браком
стою без сердца без руки
друзья в слезах несут букеты
венки
за партой мы сидели с танькой
она писала ты дурак
лет через десять только понял
всё так
контора веников не вяжет
развязных веников толпа
гопак танцует опа опа
опа
меня на органы продали
ещо в двеннадцатом году
я знаю в ком то я за водкой
иду
стал недействителен мой паспорт
в связи с утерей я сердит
на тех кто по нему оформит
кредит
как вы не знаете игната
бох мой да это же игнат
конфетнохалвокарамельный
магнат
своими жадными глазами
мой пожираешь целллюлит
а между прочим твой вон тоже
висит
ну милый ну еще немного
в ночной тиши несется крик
но фрикции лишь реже стали
фрик фрик
зачем скажите в миг паденья
когда мосты все сожжены
звезде вы со своим желаньем
нужны
блестят хрущовские балконы
стеклопакетов белизной
и ностальгируют по крикам
домой
уйду в себя и дверь закрою
уют безлюдье тишина
никто послать не сможет ни за
ни на
кого то ждет скелет с косою
кого в конце туннеля свет
кому то петр врата откроет
мне нет
родная ты как я не знаю
не видишь у меня скайрим
какие мамочки какое
горим
вчера за свет вручил два счёта
мне жэк недрогнувшей рукой
один за волны за частицы
другой
вот положа на сердце руку
мне доставляет дискомфорт
ваш положа на попу ногу
ботфорт
в олеге мирно уживались
гуманитарий и технарь
матерый циник и романтик
и тварь
за жизнь аркадий слово жопа
сказал от силы раза три
но лично хепбёрн мэрилин и
кюри
про смерть кузнечика напишут
ещё немало всяких песнь
но штобы дети зарыдали
хоть треснь
олег пройдя три круга ада
по супермаркету с женой
вдруг зарыдал и запросился
домой
вот только ты в мечтах о лете
настроишь планов громадьё
как глядь с цветами дети в школу
ну ё