на юбилеи к дамбылдору
который тоже вроде маг
воландэморт не кажет носа
а как
вернулся я с небес на землю
с гримасой смерти на челе
лежу и безысходно внемлю
земле
великомученик василий
искал себе учеников
из перспективных маломуче
ников
весною с ветки тополиной
опять апхчи слетает пух
покусан пчёлами и сильно
распух
доходить рідкісна дівчина
до середини мертвих душ
воно же ж нудно ж наганяє
тоску ж
мне серый стряхивают пепел
на русый волос головы
я потерплю я буду с ними
на Вы
ну как в горах без ледоруба
без ледоруба здесь нельзя
я стал умней по склону в пропасть
скользя
соприкоснувшись рукавами
вы затрепещете едва
ведь всё что было между вами
слова
живу с женой сестрой и тёщей
по ощущениям дурдом
такое счастье боже полон
дур дом
погиб поэт внутри олега
а мы всё не могли понять
что ж может так красноречиво
вонять
вошёл роскошный как титаник
и я узнала что почом
когда задел меня случайно
плечом
ваш коля истинный художник
творит с любовью каждый штрих
вчера нарисовал в подъезде
аж три х
тут в инкубаторе нас кормят
прекрасно жизнь налажена
и идентична натуральной
жена
судьба азартом наделяет
количество меняя доз
тех кто без тормоза родился
и кто с
оксана бродит по икее
шепча да сколько здесь добра
и всё никак не доберётся
до бра
стоит в лесу структура власти
как диплодоковский костяк
не часто там бывают люди
в гостях
подходит гражданин со спицей
навязывает дальний бой
и хорошо есть пробник шпалы
с собой
не надо глеб я не такая
мне после будет тяжело
но глеб не слушая целует
крыло
мне врач сказал что бормашину
ему оплатит профсоюз
теперь ещё и профсоюзов
боюс
в уме прикинув вероятность
быть битым тряпкой по лицу
абрам не стал крошить на сару
мацу
маэстро смотрит в партитуру
ещё не чувствуя беды
а там запрет на все восьмые
ряды
откройте окна настежь быстро
и потушите костерок
наш завуч вроде бы усвоил
урок
мне скушно говорит аркадий
и эхо вторит скушно мне
всю жизнь уныло отражаться
в говне
блок набирает в телефоне
ночь улица фонарь апте
шифровка значит два мента на
хвосте
поскольку жидкость в виде жира
могла шокировать толпу
верблюд хранил её в закрытом
горбу
я не боюсь енотовидных
собак гусей людей и крыс
но ссусь лиловую увидев
рысь
ассоль и грей полвека вместе
построен дом налажен быт
но вдруг приспичило супруге
корыт
меня должно лучами света
пронзить уж если ты джедай
нет ты не тянешь на джедая
слезай
апрельским солнцем обновленный
лазури полон небосвод
тихонько рыцари уходят
под лед
он запоздало улыбнулся
последнему вагону вслед
и стал топтать свой электронный
билет