к старухе родион под вечер
топор отправил на такси
не до сюжета ведь пропала
люси
у нас то всё сплошные зимы
а тут то батюшки мои
как ни приеду всё июни
маи
мужчины трепетную маню
своими тайнами манят
но кто потом кормить то станет
манят
залезла в голову такая
что прямо господи прости
я через рот её пытаюсь
нести
икая и рыча утробно
джульетта вышла на балкон
суфлёр давился доедая
бекон
мой девушка с раскосыми глазами
я так люблу черты лица твоё
мине прости мой косноязы
чиё
григорий лепс на огороде
услышав как поёт турнепс
всем говорит что он поехал
в турнэ б с
он не хотел на ней жениться
она лизала эскимо
все время попадая рота
мимо
я целоваться по французски
живя во франции привык
к тому же подтянул немного
язык
смирись мужчина наступает
пора покаяться в грехах
придумай что нибудь к восьмому
в стихах
все стодвенадцать килограммов
оксаны получает макс
што дружно подтвердили гости
и загс
внезапно вместо хлеба соли
истошно голося не лги
супруга витязю выносит
мозги
кровать сжимающие стены
свет тусклый белый потолок
лишь я душевные смятенья
и... Бог?...
оксана слышит под наркозом
куда ты ей вставляешь кость
и думает что вот бы с костей
срослось
у самых хитрых рыболовов
бывает рыба покрупней
в сравненьи с тем как рассказали
о ней
ветеринар ослабил хватку
и хомячок в руке умолк
так хорошо когда работа
не волк
едва обнявшись братья райты
стремительно бегут в чулан
и вносят срочные поправки
в би план
хоть мавр годится дездемоне
скорей по возрасту в отцы
зато гораздо крепче яго
дицы
идея шлягера возникла
из выеденного яйца
иду курю смотрю восьмикла
ссница
он мне чайковского поставил
а я прокофьева хочу
но штоб до шуберта дослушать
молчу
я подмигнул вам в прошлый вторник
прошу запомнить этот миг
возможно это мой последний
подмиг
дрожит медведица в берлоге
и страшно ей покинуть кров
ведь за порогом горы трупов
бобров
проснувшись в тишине рассвета
и ощущая дискомфорт
я обнимаю нежно шуру
повёрт
снимаю маску на пороге
грудь вытираю бородой
на кухне муж уставший тихий
седой
я сократил себя до буквы
оставил только мягкий знак
чтоб ты меня не называла
никак
виталик предлагает выйти
поговорить как мужики
а сам уже заправил брюки
в носки
она летала и летала
он с завистью шептал вослед
я безнадёжно окольцован
ты нет
вы также маменьки построже
за дочерьми смотрите вслед
та спёрла стерлядь эта пару
котлет
седьмой десяток нашей приме
артрит одышка и маразм
но как божественно играет
оргазм
я мимо девушки любимой
иду не поднимая глаз
зачем мне глаз с дороги пыльной
сейчас