братан плесни одеколона
сказал петру ален делон
и с тихим треском разорвался
шаблон
во мне взыграл неимоверно
дух лицемеров снобов ханж
я думала что не взыграет
взыграл ж
на кухне громыхнуло глухо
и сдавленный раздался крик
геннадий не повёл и ухом
мужик
кто убирать сегодня будет
видали горе работяг
и пылесос из строя вышел
на шаг
плетут судьбы тугие нити
надежда вера и любовь
их заставляет бабка в чорном
свекровь
сосед твои услышав стоны
на три октавы и с душой
при встрече показал мне палец
большой
олег соцсеть на день покинув
отремонтировал сортир
потом ещё пятьсот соседских
квартир
нет можно и без разжиганий
да только дело в том что мы
подсели крепко на отчизны
дымы
скатившись с горки на портфеле
в снегу всклокочен и румян
в аудиторию ввалился
декан
всё относительно к примеру
аббат д'эрбле любил дорблю
лишь потому что я над рифмой
корплю
сверхромантичная оксана
и сверхстестнительный сергей
никак не могут сделать новых
людей
я вру что обожаю кашу
я вру что пузо тёр ежу
и то что вы мне симпатичны
пизжу
ну хорошо духи конфеты
и миллионы алых роз
но почему у непоэта
стихоз
у вас олени без аптечки
эльф не пристёгнут за спиной
покиньте сани и пройдёмте
за мной
тут у меня живая вотка
иван петрович посмотри
она не хочет оставаться
внутри
прочтя однажды камасутру
андрюша сразу понял что
ему уже неинтересна
барто
читал роман умберто эко
тот что про маятник фуко
а может фуко и умберто
эко
олег в курилке проболтался
что он латентный натурал
за что ему пришлось покинуть
журнал
меня вы бесите конкретно
тупая пьяная свинья
сказала лёжа под антоном
земля
помада в тон пальто и шпильки
подводка в обрамленьи век
так вот ты все таки какая
олег
о том же что такое осень
я даже думать не хочу
я даже слов таких не знаю
шевчук
приносим наши извиненья
надеемся что все поймут
мы приземляемся в районе
бермуд
а помнишь в школе мы любили
надувши лопать хомячков
так если честно я и нынче
таков
я доверял тебе дорога
и был спокоен как удав
а ты меня вручила богу
предав
нотации читала совесть
про лень жратву и алкоголь
их слушали две сонных мухи
и моль
потусторонняя красотка
на пограничном рубеже
о чём то с духом сговорилась
уже
сложив кэцэ в футляр от скрипки
чатланин игорь корнелюк
не предъявив билета двинул
на плюк
всего то дюжина пистолей
вы шутите мусьё портос
на вас материи ушло на
полтос
неоспоримая улика
разоблачила подлеца
когда снимали отпечатки
лица
мы водимся лишь с сильным грубым
непробиваемым бабьём
а нежных слабых мы не любим
не бьём