сошлись но не сошлись во вкусах
карим и заливной налим
на вкус карима вкус налима
галим
зима крестьянин торжествует
запасшись репой и морквой
а ты всё лето загоравший
не вой
земля кричит вперёдсмотрящий
ладони рупором ко рту
а мы уже вторые сутки
в порту
аркадий как предприниматель
внутри роскошного пальто
то это знаете ль предпримет
то то
жена домой из эмиратов
вернулась с золотом в ушах
каспаров сразу понял это
был шах
жена встречает наготове
в её руках сковорода
ой чую в голову ударит
еда
из сотни тысячи оргазмов
ярчайший вспомнило нутро
когда вернули мой бумажник
в метро
— а как у вас с произношеньем?
— дя кяк-тё тяк, — сказал артём
— а чем вы это объясните?
— а ртём
хотя бы в угол за такое
поставить стоило бы но
ты ни во что меня не ставишь
давно
боб марли глядя на шерифа
играл один и тот же рифф
пока шериф не поперхнулся
вкурив
сожрал тушёнки на неделю
насрал в палатке друг егор
а мы ведь даже не добрались
до гор
балет я ненавижу люто
и даже как то раз с утра
украл у балерины пачку
петра
сажусь на жёсткую диету
из оскорблений и обид
хвалой и лестью я по горло
набит
а утром мы нашли под ёлкой
последнее пристанище
и больше ничего не надо
вапще
пингвины перелётной стаей
садятся снова к нам на пруд
и ведь опять сожрут всю рыбу
насрут
иван в ночи покрылся шерстью
рот полон бешеной слюны
и это только половина
луны
мы коллективно осуждаем
что есть у бати личный культ
и право вето на компьютер
и пульт
ворона запаслась сырами
и хоть певичка просто мрак
под елью каждый божий вечер
аншлаг
олег для птиц кормушки строил
а вот аркаше не дано
и он кидал на вентилятор
пшено
оксана в топе хоть не может
сварить ни борщ ни холодец
зато на флейте бесподобный
дудец
я вдохновился станиславским
и со смертельным ножевым
ещё неделю притворялся
живым
строча мальвине стих любовный
смотри не обломай перо
об это каменное сердце
пьеро
бродя по улицам содома
купцы прибывшие из фив
дивятся нравам как так можно
и в и в
а что с конём твоим случилось
был прежде бел теперь же пег
да всё нормально это просто
джипег
ты не ходи к нему на встречу
у нотердама де пари
гранитный камушек у феба
внутри
эпилептический припадок
дал ольге шанс внезапно пасть
изображая экспансивность
и страсть
у вас нетисканные груди
и нецелованный пупок
как мир мужчин невыносимо
жесток
ну здравствуй сын ну здравствуй мама
всё хорошо смахни слезу
а как там внуки слава богу
внизу
писали клёны на асфальте
стихи для лип своих сестёр
но ветер налетел и мигом
всё стёр
нас трое в лодке не считая
собаки кошки двух песцов
и двадцати восьми на веслах
гребцов