под утро как то из селенья
пришла некрасова жена
слегка потоптана и обо
жжена
наш гитарист сегодня вялый
как замороженный сибас
играет до когда играет
си бас
на угрофинском факультете
какой то пришлый франкофон
артикулируя растрескал
плафон
а что вы всыпали в бокальчик
упса миледи говорит
а не приглядываясь видно
карбид
решил совет всемонастырский
изгнать тебя за дерзкий нрав
пойдёшь на выход захвати свой
устав
а пять убил не целясь бросив
неосторожные слова
и в этот раз я отыграюсь
е два
глаза накрасил серебрянкой
меня красивше в мире нет
ведь я серебряного века
поэт
давай в семнадцать тридцать восемь
пойдём купаться в водоём
а в девятнадцать двадцать девять
споём
я овладел искусством ниндзя
не с целью знать секретный бой
а с целью овладеть секретно
тобой
а помнишь в детстве били васю
вчера я васю повстречал
так он ваще ничо не помнит
нахал
всё это и умно и глупо
умно то что сказали вы
а глупо то что я не понял
увы
по делу королевских зомби
из букингемского дворца
прошу внести сюда останки
истца
когда над родиной клубился
и разрастался первый гриб
ты обнимал гитары жолтой
изгиб
ну как масштабненько коллега
спросил волнуясь граф толстой
а из кустов писатель пришвин
отстой
самоповторы характерны
для вас вас вас вас вас и вас
а я как раз не повторяюсь
как раз
cобрал тайком в подвале вело-
сипедогонный аппарат:
нагнал. всех навелосипедил
и рад.
примерно в полночь позвонили
стоявший на пороге мим
продемонстрировал нам как мы
шумим
я поняла что постарела
нет ни морщин ни седины
а стали лучше получаться
блины
ещё не изгнаны из рая
обнявшись крепко двое спят
а утром в шесть будильник завтрак
и в ад
ты мне оставила на память
кота и фотки в стиле ню
альбом я выбросил а ваську
храню
три года я тренировалась
гадать и попадать туфлей
и вот теперь ты одноглазый
но мой
мужчины часто копят деньги
и золото и серебро
но обирает их до нитки
ребро
реклама двигатель торговли
и чтобы двигатель не глох
всё время нужен то инвестор
то лох
прошла любовь подсохли сопли
вернулся ум из небытья
осталось вылюбить тебя из
себя
забыта абэвэгэдейка
мы стали взрослыми и в ход
всё чаще ёкэлэмэнейка
идёт
мы пара ношеных ботинок
фасоном цветом далеки
но завязались отношений
шнурки
рекла ему о звёздных высях
воды словесной натекло
ты так ничё сказал зашить бы
рекло
ильич в тюрьме осуществляя
на бутерброд икры намаз
случайно вылепил из хлеба
камаз
сейчас сидит на дошираке
в кредитах по уши семья
зато сыграли свадьбу аки
князья
хореем рявкнул маяковский
есенин громко хохотнул
и амфибрахием его подъ
ямбнул