коньяк и торт в миру оставив
лишь бородинский хлеб с водой
вкушал на острове елены
святой
когда вдруг в платьице коротком
с букетом появилась ты
упала школьная линейка
в кусты
в мир удовольствий и разврата
я погружаюсь не спеша
и жду когда финансы скажут
мне ша
да винчи будда фрейд иуда
ньютон рахманинов шагал
я перед сном дневные маски
снимал
котэ бродячее несётся
прочь от палаток с шаурмой
за ним погоня свист и крики
чур мой
отказ ваш железобетонный
надежд моих разбив хрусталь
звенит теперь в мозгу резонно
а та ль
не торопись прошу тебя я
больней от этого вдвойне
не забывай что ты заноза
во мне
заснув в метро олег рискует
стать жертвой ловкого петра
как хорошо что в пензе нету
метра
борщ покраснел вскипел от гнева
и гусь в сотейнике шипит
опять без очереди лезет
бисквит
я вышла из себя со злостью
и ласково ей дав пинка
не заходить велела больше
пока
уже привычно в понедельник
я до обеда избегал
недружелюбных отражений
зеркал
возможно если буду рядом
в аду сезонных распродаж
то завтра может быть накормишь
и дашь
заболеванье излечимо
меня обрадовал главврач
и на консилиуме начал
ся срач
глеб притянул за ухо рифму
так сильно как он только смог
и зарыдал от восхищенья
ван гог
зачем опять считаю годы
прожитые не по людски
уже четвертый раз сбиваюсь
с тоски
когда с цветами но под утро
пришёл к зухре бартоломью
здесь от по морде не спасает
лав ю
лежу на месте преступленья
в следах мучительной возни
хороший день своим бездельем
казнив
исус сдаваться передумал
и превращает в кислоту
вино что было у иуды
во рту
поэт олег поэта колю
в пивнушке вызвал на дуэль
метнул в него две эпиграммы
и эль
усердно роясь в недрах сумки
от нетерпения кряхтя
нащупывает австралийка
дитя
как трудно в жизни быстротечной
спокойно ожидать конца
ну разве если абстрагиро
ваца
все как одна девчонки знали
от глеба можно ждать всего
все как одна теперь и ждут от
него
покайся в глупых заблужденьях
и впредь такого не пишы
и всё таки шепнул коперник
жи ши
от водки таня окосела
и сразу стало всё равно
обида медленно осела
на дно
на день святого брадобрея
цирюльники страны толпой
приходят к звереву и просят
ну спой
какой то в зеркале опухший
мужик в стакан плеснул ему
отлично отдых начинался
в крыму
неизгладимых впечатлений
чтоб избежать ускорю шаг
увидев двух не из гладимых
собак
когда соседи сверлят стены
терзают альт играют в мяч
перехожу интеллигентно
на плач
я был не слишком абсолютен
не слишком прям не слишком лжив
не слишком мёртв не слишком впрочем
и жив
косой отдал лисицу с волком
медведю в выгодный заём
и стал свободным и богатым
заём