никто случайно не подскажет
как из обломков сделать плот
спросил вошедший с парашютом
пилот
большая белая акула
концерт на пристани дает
в ее желудке макаревич
поет
ты помнишь как на льду мерцали
у старой школы огоньки
мы шли домой и не снимали
коньки
вот одноногий анатолий
печально встал на самокат
и удаляется рывками
в закат
олег кормя с руки каймана
холодной курицей с лапшой
неумолимо становился
левшой
увы но только после смерти
мы начинаем понимать
певцов поэтов музыкантов
и мать
аркадий тычет пальцем в небо
но попадает в сапоги
возможно потому что палец
ноги
скажите а палач то выйдет
нет он болеет до сих пор
ну скиньте нам тогда хотя бы
топор
мое измученное сердце
тобой испачкано внутри
ты хоть разок снаружи ноги
протри
олег летит на дельтаплане
над серебром речной блесны
и ощущает приближенье
сосны
я треснула тебя портфелем
а ты остатки эскимо
мне протянул а дальше как то
само
мне на душе хемингуёво
хочу испаний франций куб
чтоб возвести там одиночес
тво в куб
душа летела по тоннелю
на яркий свет прожекторов
а доктора всё повторяли
здоров
вот декабристы на сенатской
поспешно строятся в каре
а жёны им кричат ребята
харе
а я не против коль девица
собой не слишком хороша
держалась только на ушах бы
лапша
а что вы дверь закрыли в спальню
полюбопытствовала мать
жизнь новобрачным начиная
ломать
а этот порошок заряжен
чтоб счастье постучало в дверь
поставь свой лайк под ним не веришь
проверь
аркадий взял антона сзади
антон расцвел и крикнул вдруг
не друг ты больше мне аркадий
не друг
смотрел с упрёком папа карло
в его бесстыжие глаза
но наказать не поднималась
фреза
сказал мне босоногий дервиш
делись последним ты ж аскет
с чего же мне начать учитель
а с кед
и днём и ночью царь учоный
ходил под окнами светлиц
и выявлял потенциальных
цариц
мы не рабы сказали люди
у нас есть множество свобод
есть право выбора к примеру
господ
я до экзамена не знала
што правая нога длинней
а формул больше поместилось
на ней
когда муму в реке тонула
заплакал горький в стороне
и записал в блокнот коряво
на дне
я раньше странной был игрушкой
ко мне никто не подходил
я безымянным был небритым
я пил
я отодрал кусок обоев
и мне открылась пустота
не та которая в бетоне
а та
can't understand those stupid russians
that russian language's total shock
the russian word for our sock is
no sock
я на плечах у старшеклашки
и колокольчиком трясу
а вот уже я первоклашку
несу
с петлёй слезая с табурета
споткнулся совершил кульбит
и был судьбой об батарею
убит
когда нибудь погаснут звёзды
и остывающий эфир
взорвется новым поколеньем
земфир