турист доев привычный завтрак
швырнул жестянку за плечо
а там в кустах медведь не кушал
есчо
по краю крыши не ходите
кто знает что там на краю
быть может я там одинокий
стою
сдать собирается оксана
по геодезии зачот
участков тела оголенья
защот
грачи на юг не улетели
они зимуют за углом
поскольку здесь неплохо кормят
и влом
скромна работа утконоса
однако обходя больных
он знает как небезразличен
для них
жду не дождусь скорей бы детство
ура овсянка прочь бифштекс
уйдут политика из жизни
и секс
пришёл приказ из министерства
спасти горящую тайгу
и с самолётов распыляют
шойгу
смеётся звонко как ребёнок
по горло вкопанный саид
ему щекотит пятки снизу
аид
когда свистел вам вслед не думал
что вы владеете ушу
теперь на всех свистящих буквах
швишшу
так продолжительно горели
но не согрели до конца
энергосберегающие
сердца
руно хотели золотое
так я добыл вам эту рвань
сказал ясон и смял наклейку
тайвань
давай останемся друзьями
она смеясь сказала вдруг
а я стою ни жив ни мёртв и
не друг
оксанин номер телефона
олег красиво наколоть
решил себе на крайний случай
и плоть
многоэтажная оксана
жильцов пускает на постой
видать пентхаус от рожденья
пустой
свет одинокого причала
конца пути не означал
причалы это лишь начало
начал
когда закончилась закуска
а выпивка ещё была
олег глазами ел хозяйку
стола
устали и перегорели
мои сигнальные огни
а ведь когда то было только
моргни
большая белая акула
концерт на пристани дает
в ее желудке макаревич
поет
ты помнишь как на льду мерцали
у старой школы огоньки
мы шли домой и не снимали
коньки
вот одноногий анатолий
печально встал на самокат
и удаляется рывками
в закат
увы но только после смерти
мы начинаем понимать
певцов поэтов музыкантов
и мать
олег кормя с руки каймана
холодной курицей с лапшой
неумолимо становился
левшой
аркадий тычет пальцем в небо
но попадает в сапоги
возможно потому что палец
ноги
скажите а палач то выйдет
нет он болеет до сих пор
ну скиньте нам тогда хотя бы
топор
олег летит на дельтаплане
над серебром речной блесны
и ощущает приближенье
сосны
я треснула тебя портфелем
а ты остатки эскимо
мне протянул а дальше как то
само
мне на душе хемингуёво
хочу испаний франций куб
чтоб возвести там одиночес
тво в куб
душа летела по тоннелю
на яркий свет прожекторов
а доктора всё повторяли
здоров
вот декабристы на сенатской
поспешно строятся в каре
а жёны им кричат ребята
харе
а я не против коль девица
собой не слишком хороша
держалась только на ушах бы
лапша