вопить во время харакири
не разрешает бусидо
а после можно сколько влезет
и до
уходит с крыши дома в небо
шнур телефонный в облака
на связи бог он старомоден
слегка
у женщин пунктик есть известный
в чём не отступят ни на шаг
готово всё быстрее если
мешать
стоят у скважины замочной
и день и ночь буровики
из недр дверные добывая
замки
в начале мая не бывает
уместен ураган и зной
вот то ли дело вихрь тюльпанов
зимой
вам несмеяна надлежало б
физиономию блюсти
а не над принцем ржать во все че
люсти
тянуть никто не помогает
бегут к комфортному житью
и дед вздыхая чешет репу
свою
на новый год не тянет в баню
когда жена тебе под стать
пофортепьянствуем немного
и спать
когда в америку приехал
открыть америку колумб
индейцы весело торчали
из клумб
друг другу мило улыбнулись
и разошлись сказав пока
но недотраханность осталась
слегка
поздравив в женский день всех женщин
владимир так вошел в азарт
что был галантен и культурен
весь март
я знаю что вы ждёте принца
на белом призрачном коне
а я пешком да и калошы
в гавне
мне прописали валерьянку
а я шампанского хочу
о чём спокойно заявляю
врачу
ты три часа снимала платье
борясь с застёжкой в темноте
и я заснул не те уж годы
не те
мы откопаем труп кумира
и над землёй взойдёт заря
когда мы сядем труп кумира
куря
у анатолия из жопы
растут ещё три пары рук
всё потому что анатолий
паук
провёл уставший буратино
по деревянному виску
и разогнал весёлой дрелью
тоску
какойто дядя пригласил нас
на фильм горбатая гора
ну мы ж такие про ковбойцев
ура
король людовик стопиццотый
мечтает о большой любви
он голубой увы не только
крови
когда ответили что врач мой
необразован и дешёв
я разошёлся не на шутку
и шов
свой странный облик скрыл под пончо
генетик инженер кирилл
ведь он когтист и перепонча
токрыл
я провела за рукодельем
семнадцать зимних вечеров
связала сто сантиметровых
херов
шумел камыш деревья гнулись
и я собрался на войну
а то шумлю тут понимаешь
и гну
пусть мумитролль ревёт что морра
и солнце и весну сожрёт
а туу тикки ловит рыбу
и ждёт
и только так сказал аркадий
макая хуй в хлоргексидин
мне удалось здоровым жить до
седин
в укромной бухте бросив якорь
избег участия в резне
линейный крейсер устрашимый
без не
он долго ей мычал про то что
мы не рабы рабы не мы
но замолчал под грустным взглядом
мумы
я деревян сказал щелкунчик
я вижу что не оловянн
нет алавяны из восточных
армян
я пью вино как пустоглазый
матрос в заброшенном порту
густой солоноватый привкус
во рту
увидел пришвин можжевельник
и ощутил избыток чувств
как натуральнейший ценитель
изкуств