я бил ботинками поэта
а тот валяясь на полу
поклялся впредь не рифмовать их
с полу
снимать отказывался маску
но стала публика борзеть
и мистер икс теперь известен
как зет
у человека от прогресса
другие соки и корма
и кругозор заметно шире
корма
не полосатая я муха
а настоящая пчела
у вас неправильная винни
шкала
пора привыкнуть жить без мамы
а как ты думал милый мой
тащи продукты и посуду
домой
сказав в ведении хозяйства
глубок мой опыт и бескрайн
семён на кухню загоняет
комбайн
гордясь невиданным уловом
едва устроясь на привал
рыбак неопытный все руки
порвал
не пил надеялся повысят
но цокотуху взяли вдруг
и вот теперь под мухой ходит
паук
а кто последний или крайний
раздался голос озорной
и чингачгук ответил грустно
за мной
андрей зачем коту колбаску
тебя отец убьёт за раз
да папа может тихо молвил
тарас
гагарин я сказал гагарин
кричит на волге королёв
ну что ж пришлось махнуть рукою
на клёв
тут всё для членов профсоюза
а как же мы и мы хотим
раздались крики в магазине
интим
наш разговор о смысле жизни
не смог постичь философ кант
а ведь всего то выпил парень
стакан т
глеб от разгадки смысла жизни
был откровенно недалёк
но вдруг в руках оксаны пискнул
кулёк
когда мы кровь с тобой сдавали
совсем как доноры из вен
нам три семёрки наливали
взамен
аркадий в комнату к девчатам
по водосточной влез трубе
за что был признан а моральным
без бэ
седой юрист учил стажёра
не стоит дрейфить при ва банк
и помни раз боишься грязи
не танк
я просыпаюсь от наркоза
а микки рурк из ярких снов
кричит ей девять с половиной
кубов
факир из зала выбрал даму
пилил и я б такую бы
попалась мне такая дама
кабы
волной безудержного счастья
смело все можно и нельзя
в нас конвульсивно умирают
друзья
холмс жертва выглядит вульгарно
какой то пластырь на лице
спокойно ватсон это мушка
цеце
чтоб разом рты заткнуть в маршрутке
двум невоспитанным скотам
аркадий из себя выходит
не там
из цупа данные украли
и мы гадали кто из нас
был засекреченым шпионом
из нас
связала мама папе свитер
и проводила на вокзал
вот этот свитер их тогда и
связал
она искала приключенья
была румяна и свежа
пока судьба не подложила
ежа
в ликёроводочных отделах
тревожно после десяти
сырков творожных невозможно
найти
в лаборатории физфака
мы третий день вокруг стола
усердно жидкость погружаем
в тела
от века от желёз припухлых
и от развесистости клюкв
оно играть уходит в жопу
семь букв
я полюбила гармониста
в селе нет лучше жениха
порвал на первом же свиданье
меха
шёл дождь одним туманным утром
не просто так а по делам
от бытия не отошедшим
телам