страшнее зверя нет в пустыне
чем дикий ёж хамелеон
вот так захочеш сесть на кактус
а он
мелькают за окном берёзы
я медитирую на них
там где то прошлый мой закопан
жених
слизь ня сказал слизняк и слизью
услизил маленьких слизнят
слизнята загалдели хором
слизь ня
я медленно снимаю гетры
в твоих расширенных зрачках
мои копыта отразились
и страх
как распознать в себе скотину
вбивает в рамблер сотона
и обезвредить добавляет
жена
у зевса удалась попойка
с утра во рту сухой налёт
торнадо присосал к байкалу
и пьёт
я нахожу себя прекрасным
здоровым и у райских врат
а пульса так и не находит
медбрат
я раздеваюсь постепенно
вот тапочки а вот пальто
как жаль что этого не видит
никто
когда ты так молчишь сурово
я понимаю что неправ
но форматнуть лав стори нашу
нет прав
ливанов сел на мотоцикол
кикстартер дёрнул выжал газ
и ватсон ватсон ватсон ватсон
в магаз
седой проктолог хмурит брови
однако тесла вы эстет
мне видеть лампочку не внове
но свет
мы с митей оба содомиты
и витя тоже содомит
нет витя даже содомитей
да мить
бывает так опустишь руки
что даже и готовить лень
а в морозилке одинокий
тюлень
молю спаси меня создатель
от зла болезней и беды
и голос мне ответил вяло
лады
ты опоздал заметил фродо
на что старик седой сказал
что это шыр а не какойта
вокзал
ну хорошо духи конфеты
и миллионы алых роз
но почему у непоэта
стихоз
я выгнал всех друзей из дома
крича вы бесполезный хлам
лишь пару ёжиков оставил
и лам
поговорим о смысле смерти
семёну предлагает пётр
о жизни говорить нет смысла
ты мёртв
на юг поглядывают птицы
кружа прощальный хоровод
а лето вынесут плодами
вперёд
спасу старуху торжествуя
найдя орудие в лесу
не ссу несу несуществу я
косу
когда к постели птица счастья
вдруг прилетит непрошена
пожалуйста не сыпь на рану
пшена
вечерний город загазован
как переполненный сортир
им дом мой дышит через окна
квартир
зухра очей потупив глянец
и молчалива и робка
для нас сейчас исполнит танец
пупка
¿ искатель истины творенья
употребив бокал винца
найдет отличья ли начала
конца ?
три эх считают очень быстро
два жаль не понял до сих пор
один за что меня судили
топор
люблю твой визг при торможеньи
и хруст разбитого крыла
весёлый дребезг лобового
стекла
я не скажу причин по коим
купался голым при луне
и почему теперь покоим
на дне
ведь я не только казанова
и чувства могут быть новы
и может быть давайте снова
на вы
четыре выцветшие пальца
жизнь не щадила их красу
а пятый был надёжно спрятан
в носу
немым захлёбываясь криком
поняв насколько мир жесток
светило пятилось назад на
восток