вчера я выжил просто чудом
когда ты будучи права
с размаху в сердце мне вонзала
слова
прости но мы должны расстаться
меня поэта малых форм
твой заставляет содрогаться
прокорм
когда закончились припасы
и стало холодать в лесу
голодный кролик атакует
лису
тебя я столько лет искала
среди житейской суеты
а ты распахиваешь в парке
польты
вздыхает божия коровка
мечтая к лунным муравьям
вползти по склону высочайшей
из ям
в постельной сцене с ихтиандром
всё шло к счастливому концу
а станиславский всё не верил
тунцу
я понимаю горы лыжи
но объясните пастор шлаг
как вы дошли в забытый богом
кишлак
поддавшись басням стрекозиным
ушёл плясать и петь в луга
и жёг пока не наступила
нога
на телевидении принцип
как только выключен софит
ты можешь вновь надеть свой свитер
и стыд
я думал врач мне на массаже
час по спине катал стакан
а оказалось это шар был
латан
прости шериф вздохнул аркадий
взглянув в погасшие зрачки
я просто с детства собираю
значки
с тобой однажды на рассвете
мы чушь прекрасную несли
но записали суки и до
несли
с мольбой о помощи в надежде
возденешь руки к небесам
с небес вопрос услышишь встречный
а сам
мой план наесться до отвала
вас явно меньше взволновал
чем предстоящий вслед за этим
отвал
нет двух зубов синяк под глазом
смешался с кровью макияж
и это всё одним ударом
кия ж
когда бы пили вы любезный
не водку а допустим квас
не спотыкались бы в подъезде
о вас
один как стебель сельдерея
который век живёт кощей
банальных жаждя ласк скандалов
и щей
гудок донёсся паровоза
и где то на пути прямом
вагончик тронулся тихонько
умом
оксана умной нарядилась
внутри снаружи и извне
но вот извне и выдавало
что не
вы заигрались в мушкетёра
сказал боярскому дюма
но ваша шляпа миша это
чума
сплету венок из листьев горечь
костров рябиновых вдохну
и можно снова начинать ждать
весну
в лесу где все все все и винни
живут в борьбе добра со злом
иа успешно притворился
ослом
учителя изо сказали
чтоб я не посещал иза
соображений гуманизма
из за
погиб сегодня наш учитель
поев просроченной лапшы
и унеся с собою тайну
жы шы
да на твоих иван рассказах
взросло так много кобелей
что я боюсь бродить средь тёмных
аллей
идти в науке запретил мне
учитель лёгкою стезёй
а мог смолчать и подавиться
нельзёй
по склону фудзи в час заката
добавив кобаяси в миф
толкал улитку тихо тихо
сизиф
без перекуров сварщик лёха
в процессе монтажа перил
на спор четыре электрода
скурил
немало лошадей в тумане
украл я на своём веку
свистел мне старый ёжик дыркой
в боку
подъезды знают прозу жизни
подвал внимает чердаку
и только крыши обрывают
строку