не жди меня в начале лета
в начале осени не жди
вернусь когда уйдут косые
вожди
я объявил войну британцам
и оккупировал бахрейн
а там случайно сел на пушку
бах рейн
считаешь вышло скучновато
щас трупами сюжет взбодрим
с улыбкой отвечает брату
брат гримм
взывая к миру пацифисты
от вашингтона до багам
кричат заламывая руки
врагам
вы для кого весну включили
ещё никто не рад весне
ещё сосут медведи лапу
во сне
туда сюда елозит долго
терпи оксана и не хнычь
и повезёт тебя на море
москвич
я ухожу от вас прощайте
недружелюбный вы народ
захлопните за мною двери
и рот
художник требовал немедля
прогнать к чертям музейный штат
когда увидел вверх ногами
квадрат
сидят гварнери и амати
в руках рулетка клей момент
и инструмента страдивари
фрагмент
аркадий кушая орехи
бросает на пол шелуху
пододвигая зинаиду
к греху
я через год на это поле
вернусь забыв тебя почти
и попытаюсь в ту же гречку
войти
когда в твоих руках игрушки
теряю над собой контроль
и ты мне нравишься всё больше
и боль
куда куда идти простите
переспросил смущённо даль
я записал но не уверен
туда ль
без вас я как с ума сошедший
на обезлюженный перрон
под крики браво очумевших
ворон
ты наготой меня сразила
я в кому впал почти на год
ведь я вблизи таких не видел
нагот
хотя как символ голубь мира
приятен сердцу и уму
порою он же и разносит
чуму
олег позволил аппетиту
накрыть себя большой волной
и сам едва не захлебнулся
слюной
мороз и солнце надоели
достали слякоть и дожди
а лето красное мне шепчет
дождись
в обменный пункт зашёл евгений
с наследства дяди ошалев
спросить почём меняют милость
на гнев
среди фигур краеугольных
большая чёрная дыра
и нам туда необъяснимо
пора
олег всего и всех боится
и стука ветки об стекло
и тьмы и шороха да просто
ссыкло
пьёшь минеральную без газа
и прикрываешься зожом
ты приходи ко мне зараза
зажжом
зухру в накинутом хиджабе
крадут накинув на плечо
и просят жениха накинуть
ещё
порою те кто нам неважен
нас принимают за своих
а те кого мы любим любят
других
весну почувствовав василий
сидит у стареньких ворот
и от души на всю округу
орёт
не спит ночами дядя фёдор
а потому что месяц март
на крыше пятый день матросит
их бард
петух измену заподозрив
косится курице в лицо
не на одно однако дети
яйцо
война идёт вторые сутки
лежу в окопе не дыша
и мира просит где то в пятках
душа
циничен дарвин был не в меру
в своём учении простом
и мы цепляемся за веру
хвостом
такое эхо страшной боли
как будто ранена гора
подумал я крича со всеми
ура