молод был и дерзок
но явилась ты
усмирив буяна
силой наготы
аэлита в кухне
блюдцами гремя
не в своей тарелке
чувствует себя
всё фальшиво в зое
кант и бомарше
когти грудь и попа
из папье маше
заливал пурпуром
гладь пруда закат
раз моргнул и жизни
глядь уже закат
просит руку яков
говорит люблю
я ж возьми и брякни
цигель ай лю лю
я надежду вместо
компаса взял в лес
нужно было веру
подключать с небес
половодья рекам
для того нужны
чтобы смыть навеки
известь со спины
гончих псов гоняют
млечные коты
те в сирени звёздной
прячутся в кусты
кто тебя не любит
летнее тепло
пусть в сети запостит
кислое мурло
осенью желтеют
листья у берёз
и чугунный мчится
к анне паровоз
и пока не кончился
бархатный сезон
продолжаем поиски
эрогенных зон
осень понедельник
утро раннее
кофе сигарета
созерцание
обожаю зиму
с нетерпеньем жду
чтоб упасть на жопу
с костылём на льду
с пенсии шикую
я в пятёрочке
взвесьте мне вот эти
три икорочки
на корпоративе
отжигал главбух
в жизни у главбуха
мало расслабух
если снова в сердце
зреет пустота
щедро наполняю
недра живота
бабка курит трубку
вейпы курит внук
кто загнётся раньше
отгадай а ну к
мне б купаться в море
пить кокосный сок
но в реале снова
в слякоть марш бросок
помахал фуражкой
я на корабле
от морской болезни
скоро буду бле
силовым щитом я
не располагал
потому под глазом
у меня фингал
на воде красиво
разошлись круги
а ведь мы с тобою
были не враги
очи бирюзовы
косы цвет пшениц
я хочу с тобою
миллион зарниц
травы помнят росы
тропы сапоги
не забыли книги
теплоту руки
ты бедром качнула
сдула чёлку с век
так вот жизнь и портит
баба человек
повернул бы волгу
вспять и даже нил
но пока в сарае
грабли починил
за здоровье двести
граммов накачу
и возьму талончик
на прием к врачу
где то там колибри
пьют нектар цветов
ну а мне комфортней
средь родных котов
села на диету
настроенья ноль
тянет то на тортик
то на алкоголь
приманю кукуху
на вино и хлеб
думает в палате
депрессивный глеб
деток отличает
строчка в букваре
в наших мама мыла
раму в январе