все мы знаем осень
это хмарь с дождём
но её зачем то
непременно ждём
спорили соседи
для кого закат
солнечней и больше
излучает ватт
к звёздам потянувшись
понял глеб одно
покидать нет смысла
золотое дно
ты всегда мне даришь
стопочку банкнот
от души и сердца
любящего от
паруса от яхты
ялтинский прибой
вот бы бесконечность
с морем и с тобой
я вдыхаю глубже
грудь на высоте
док фонендоскопом
впился в декольте
перфекционисту
режут слух слова
у меня в розетке
двести двадцать два
приезжай симона
снова в наш колхоз
кстати у семёна
провалился нос
пётыр мастер дао
и адепт цигун
у него даньтяни
крепки как чугун
интересовался
я поэтами
большинство осталось
невоспетыми
доллары взлетают
в конвертации
вопреки законам
гравитации
вот сидим с друзьями
пишем натюрморт
из разлитых рюмок
и небритых морд
старая цыганка
только глянув в шар
мне судьбу пророчит
май париж клошар
тянутся беззвучные
золотые дни
не считая осени
я и я одни
расколи арбузик
и легко представь
что в египте море
рассекаешь вплавь
в этот понедельник
я желаю вам
быть сегодня трезвым
в сопли вдрызг и в хлам
на краю кровати
сяду покурю
холоден до дрожи
секс по декабрю
вы скажите люди
может я верблюд
спереди горб вырос
для различных блюд
не твоя отелло
я теперь жена
у тебя к тому же
белая спина
после листопада
у меня внутре
холст и масло рамка
ленин в октябре
ты меня полощешь
у тебя режим
жму кармашек тощий
начался отжим
наливай клепсидра
на полста вина
и наполовину
жизнь моя полна
если в август бросить
горстку сентября
то не надо будет
с содой вискаря
лето не наступит
больше никогда
потому что минус
двести холода
вырою картошку
уберу морковь
до весны забуду
как это любовь
вот бы умирать бы
рано в шесть утра
на работу будит
яроокий ра
думала что люди
добрые внутри
оказалось всюду
только дикари
в прочный ткацкий узел
завязал домкрат
вот и пригодились
зал и сопромат
дюжина припëрлась
снова чëртова
а у нас есть шнур но
нет бикфордова
железобетонным
сделали пальто
супернеудобно
вечное зато