синие озёра
у тебя глаза
я козёл конечно
но и ты коза
со своей зарплатой
почтальон егор
в море удовольствий
плавал как топор
я к тебе привыкла
не смогу я без
я твои пельмени
ты мой кетчунез
день ко сну клонился
пушкин загрустил
но плеснула няня
в кружечку чернил
чувствую что ночью
будет не до сна
много сильных женщин
плачут у окна
шёл адам по саду
вдруг пивной ларёк
надо же как счастье
боженька нарёк
помните под липой
ночью я и вы
и мои оргазмы
тоже липовы
вот и март добрался
к нам издалека
продаётся овощ
от снеговика
ах мадам вам эта
шубка не к лицу
волк сказал галантно
ободрав овцу
в молодости счастье
ел я ложками
а теперь щипаю
понемножками
белая берёза
под моим окном
на окне решётка
а в желудке бром
в жабу превратилась
через год жена
несмотря на то что
шкурка сожжена
балуюсь десертом
после ужина
было сто конфеток
стало дюжина
посреди проспекта
голая стою
и никто не видит
моего айкью
из за пыльной шторы
вышел солнца луч
пробежал по телу
только мне не лучш
нарисуй мне гелем
мастер по ногтям
как бросаюсь в парке
булкой по утям
зарыдала осень
в небесах висят
серого оттенков
двести пятьдесят
улетать не буду
я с родной земли
я тебе не утки
и не журавли
глядя на бутылку
в голове верчу
вариант не надо
вариант хочу
на восьмое марта
прихожу домой
мой посуду моет
мой родной мой мой
давеча получку
перевёл в синькофф
заработал только
от жены пинкофф
человек рожден был
чтобы есть и спать
попрошу кто против
рук не поднимать
я ж читал прогнозы
в сапогах иду ж
остро ощущая
недостаток луж
если с губ слетают
нежности слова
не болит почти что
ночью голова
тридцать три подонка
вышли из воды
от ногтей русалок
на задах следы
вроде бы не мышцы
и не зимний жир
а похоже просто
тесен стал мне мир
слякоть и грязюка
задувает норд
даже стриптизёршы
лезут греться в торт
инженер бетонщик
дохнет от тоски
до чего же трудно
разувать носки
если в жизни личной
больше нет огня
соблазняйте бабы
классного меня
знают все что пушка
это бог войны
значит сковородка
это бог жены