овца на ёлку взгромоздилась
но оказалось блей не блей
не полагается копытным
дорблей
когда был ленин маленький
розовощёк курчав
спал не в гробу а в спаленке
в подгузники журча
переродившись после смерти
я увидал сосцы бобра
и как то сразу захотелось
обра
олег мизинцем проникая
в глубины мозга из ноздрей
извлёк довольно свежих пару
идей
в итоге бабка объявила
себя владычицей морской
но всё равно её прогнали
с тверской
хор одноразовых цыганов
вздыхает затянув романс
и умолкает после фразы
эх раз
зухру примёрзшую к качелям
бил глеб трубою по губе
и афанасием прилипшим
к трубе
простите холмс как вы узнали
что под личиною бомжа
скрывался подлый мориарти
в кижах
лев николаевич в массаже
был дока и большой гурман
на рельсах рельсах шпалы шпалы
из анн
как доказательство алёна
суёт с полосочками тест
а афанасий в рот пихает
и ест
олег на кактусе женился
микроволновке отказав
теперь обмотанный бинтами
он жрёт холодные борщи
трактирщик наваривши пива
бросает греку в водоём
а позже раков собирает
на ём
как ветер мчусь по петрограду
и град петров мне бьёт в лицо
пугая мощью и размером
с яйцо
с победным йййуххху афанасий
перелетел коня и мат
и клич в полёте изменяет
формат
холмс прочитал следы собачьи
и рассказал что эта тварь
нам у калитки натоптала
букварь
я говорю другие буквы
должны украсить наш сарай
однако милый убеждает
что рай
четыре буквы днём и ночью
печатал в камере станок
олег в неволе размножался
как мог
олег избитый чистил кивер
точил штыки копал редут
хотя не знал какого хрена
он тут
считала попа утконоса
в вопросе курицы с яйцом
себя отчасти пострадавшим
лицом
олег кричит от наслажденья
а глеб от боли и стыда
вбивая гвозди на уроке
труда
по осени люда целует дубы
под музыку лео бернстайна
должна и в людмиле какая то быть
тайна
олег зевнул заело скулы
какая драма для певца
но зритель восхищён игрою
лица
тургенев выйдя на трибуну
сурово поглядел на зал
и всех великим и могучим
слизал
герасим пред тем как прервать бытиё
хочу я попробовать манго
а бренное тело накройте моё
гангом
четыре пятых николая
две трети ольги и вадим
когда напьёмся мы всем цирком
чудим
в подъезде бабкина маньяка
лишила чести и пальто
и это был ещё не вечер
ой то
летит по небу еле еле
с унылым взглядом пекинес
и раздражением на теле
кинез
наш аппарат разумной жизни
на марсе не нашёл пока
но обнаружена венеры
рука
среди кустов чертополоха
в гробу сто лет лежало чмо
без покрывала и без шансов
на чмок
тургенев любит кошек
и часто спозаранку
кричит идём антошка
утопим и каштанку