Показаны записи 1 - 30 из 144
страшней всего когда за стенкой сосед ругается с женой и ты своё услышал имя два выстрела и в дверь звонок
мой труп уже немного пахнет а принц не едет целовать и только стайка некрофилов стыдливо мнётся у дверей
оксана выглянув за угол вдруг видит угол а за ним ещо один а за четвертым видна оксанина спина
пока мы пишем в интернете друг другу всякую херню кроты минирут подвалы и оккупируют метро
сидят на дне рожденья рядом три приглашонные звезды садко муму и очень сильно заинтригованный кобзон
ежи ворвались в город ночью шуршащей чорною рекой под утро уходя на иглах несли наколотых детей
серёжа отыскал у деда звезду с портретом малыша тихонько пальчиком погладил исусе господи спаси
сегодня мы хороним лето и светлой памяти его мы посвятим другое лето уже зачатое сейчас
в обнимку со стеклянной банкой в столицу едет пионер везет на смотыр достижений макет трех литров пустоты
смотрю в окно как тёплый воздух проткнуло струями дождя и через дырку в сером небе уходит лето из нево
на дне колодца теплотрассы лежит сантехник николай а в телескопе люка светит его счастливая звезда
ты рыба говорит оксана олег шевелит плавником и робко возразить пытаясь беззвучно открывает рот
иван хранит мечту в сбербанке и на проценты от неё построил дом купил машину лечил на водах геморрой
метро расплющило олега между оксаной и петром олег краснея ощущает их тесную взаимосвязь
зима уже больна весною в прыщах зелёных косогор и поднялась температура и на реке ломает лед
иду по лесу и не знаю где север запад юг восток и мох со всех сторон деревьев объеден кем то до меня
иду на вы олег воскликнул и рухнул пьяный на асфальт а мимо половцы скакали а за спиной пылала русь
сошлись на поле в ратной сече войска юннатов и бобров сверкают жолтые зубищща трещат для бабочек сачки
олег ползёт по стенке дома по направлению к земле а на земле других олегов скопилось восемдесят штук
я сотворил сегодня бога он в бета версии пока людьми тестируется в мире в котором мы теперь живем
подъехал к бочке диогена набитый счастьем грузовик руками машет македонский кричит вываливай сюда
егор заводит засыпальник на двадцать три часа ноль ноль и ждёт ворочаясь в кровати его звенящей тишины
газообразные пельмени глеб в жыдкий гелий покидал мешая ложкой их доводит до абсолютного ноля
пингвин нашол на побережье обледенелый пелемень зажал ево в мохнатых лапках вздыхает потерпи сынок
смертельной пулею убитый смотрю заворожонно ввысь где самолета чорный крестик висит на солнечных лучах
отдал копеечку бродяге иду злорадствуя смотреть на котировки адской биржы внезапно рухнувшие вниз
ванильный запах разложенья меня преследует во сне в мороженом и поцелуях твоих настойчиво живых
ты у окна стоишь печально шкворчат котлеты на плите а я подкрадываюсь тихо пока что не решил к кому