над невой морозной
музыка звучит
то от счастья ангел
выронил ключи
скоро вновь за парту
школьник напряжён
и слегка подавлен
знаний багажом
прошамкал кощей а скажи ка мне крез
ты вроде бы просто бездельник
а пробовал жить как живёшь только без
денег
поспорил ги с де мопассаном
что печь умеет пироги
ни пирогов ни мопассана
ни ги
потушен пожар режиссёр стал седым
последствия непоправимы
кругом только пепел и стелется дым
примы
евклид стоит на перекрёстке
со всех сторон бегут жлобы
с непараллельными кусками
трубы
пингвин и курица похожи
неуловимо на людей
одна своим уменьем плавать
второй способностью летать
вот были же люди в мои времена
я вырос на текстах их песен
на нынешних может взрасти лишь одна
плесень
наставив на карте сплошной ерунды
сидят у костра чингисханы
и ноют в предчувствии новой беды
страны
мне нужен максимум от жизни
любовь шампанское цветы
ну а как минимум хотя бы
не ты
на той стороне табурет под стопой
судьба уже в петлю продета
остались лишь память и почести по
эту
как задолбали эти дети
одни сплошные сыновья
уже хотелось бы пожалуй
новья
купил участок возле церкви
а там кругом одни гробы
и глухо слышатся удары
судьбы
в моей никчёмной скучной жизни
не происходит ничего
и даже отпуск протекает
как простокваша сквозь пакет
лоза подходит к магазину
бюджет рассчитан до рубля
но тут кончается внезапно
земля
в бюро услуг заходит гоголь
и прекратив на миг ходьбу
сто штук заказывает дырок
в гробу
прогнивший пирс ласкает море
дорожке лунной нет конца
а на другом краю вселенной
грустит заброшенный маяк
на телевидении принцип
как только выключен софит
ты можешь вновь надеть свой свитер
и стыд
ты пишешь письма шрифтом брайля
я часть из них могу прочесть
касаясь сложенных страничек
сухими пальцами ветвей
шортики в носочки
галстук на мурло
мамочке с сыночком
крупно повезло
мелькают пейзажи за мутным окном
а с ними страницы романа
и поезду встретить вот вот суждено
анну
боишься старости не бойся
там вкусный чай уютный плед
нет суеты нет зим холодных
и лет
у нас с умным домом семейство в ладу
пока мы с женой в огороде
наш кот потихоньку на кухне еду
кодит
а кто сказал спросил матроскин
что молоко теперь ничьё
му промычала грустно мурка
жичьё
в библиотеке поздний вечер
молчат в потёмках стеллажи
и лишь словарь во сне бормочет
ложи
стремится жизнь моя к упадку
лежу с девицами вприглядку
нет приятней звука
чем когда в дверях
крикнут ах ты ирод
снова на бровях
зимой играли дети в прятки
к весне оттаяли ребятки
ах месье оставьте
ваши кренделя
нет уже той дамы
что разврата для
на старте лыжники из ганы
один гигант другой малыш
и вид у них довольно странный
без лыж