неважно что ты ешь шаверму
шаварму или шаурму
состав везде один и тот же
муму
у ольги в мыслях после секса
фата кольцо счастливый брак
у глеба в мыслях что жене бы
пора к
прости малыш хотел я только
ночные звезды показать
и банку свежего варенья
к могилке карлсон положил
я без зонта стоял весь вечер
пока шёл тёплый летний дождь
он восемьсот четыре раза
мне передал твой поцелуй
какой закат красивый нынче
и соловьи поют вдали
ну ладно я готов ребята
пали
мечтал попасть с тобой на море
и навсегда закрыв глаза
я наконец то вижу волны
и ты стоишь на берегу
ждать зимою лета
летом зиму ждать
человеку вечно
хочется страдать
николай взбесился
воет и скулит
то не бес вселился
то радикулит
пусть день влюблённых отмечает
тот кто влюблён и кто любим
я лично пас с разбитым сердцем
своим
в один прекрасный день с тобою
и мы богато заживём
коль скоро не сожрём друг друга
живьём
олегу раку сельдь оксана
дала согласие на брак
ведь на безрыбье как известно
и рак
а вот попробуйте ризотто
оксана ставит мне на стол
остатки пригоревшей каши
с листочком базилика в ней
посадить рассаду
нарубить дрова
после с чувством долга
в баньку и в дрова
сила притяженья
злой такой не будь
вновь на сантиметыр
опустилась грудь
коровка божья по арбузу
ползет не думая о том
что скоро темная наступит
на смену светлой полоса
ты легкомысленно играла
моими чувствами пока
прощальное не осознала
пока
я выпустил из рук синицу
вчера покинув ярославль
в москве меня уже заждался
журавль
вениамин большая шишка
сказал нам с гордостью олег
и под аплодисменты зала
вениамина почесал
олег двух слов связать не может
по крайней мере эти два
оксана первое второе
права
мне не лезет в горло
твой дурацкий суп
доширака съесть бы
или колбасу б
удался секс с шестого дубля
к тебе я больше не приду бля
в трамвае напрягаю анус
пусть все умрут а я останус
чашкой капучино
разгоняя хмель
с отпуска плетётся
блудный сын апрель
грозу я в мае обожаю
и ветер и палящий зной
любую в принципе погоду
когда я в мае нахожусь
ты на меня влияешь так же
как чёрная дыра на свет
как свет на розы и как розы
на сердце глупое твоё
куда б не довелось поехать
с собой берёт всегда иван
продукты водку телевизор
диван
побыть охота человеком
но накопилось много дел
подать с утра пораньше вставшим
простить грехи начать войну
кому то море по колено
кому то целый океан
а мне весь мир хотя я даже
не пьян
эльбрус хотел бы всех туристов
с себя смахнуть как муравьев
но молча сверлит дыры в небе
затылком острым как кинжал
когда оксана замолчала
андрей забился в уголок
и не дышал чтоб не нарушить
недолговечной тишины