с рыданьями громкими падаю ниц
не вынесет сердце измены
мой муж посещает распутных девиц
стены
аптекарь вздыхает и морщит чело
электрик глядит виновато
не вышел у них разговор про кило
ват(т)ы
мерцают простуженные фонари
сигналят московские пробки
и где то внутри открываются три
скобки
как прежде гуляешь по глади со мной
но только лишь руку отпустишь
как тут же меня накрывает волной
грусти
я пробовал всё и отравы и дуст
все фокусы и механизмы
ничем не отбить ваш устойчивый вкус
к жизни
промеж полупопий прекрасных живут
седые и мудрые стринги
они защищают увесистый тыл
инги
на стёклах узоры рисует мороз
курю я на лождии стоя
неважно мне где лишь один есть вопрос
кто я
шмель голый на клевер мохнатый на хмель
снежинка вапще на ладони
а я неожиданно села на мель
доний
есть кляп и железа калёная стать
крюки кандалы на запястья
теперь я и правда готов попытать
счастья
казалось симптомы уйдут без труда
но мне с каждым днём всё простудней
и вместо шалфея теперь череда
будней
в гисметео служит начлаба ио
подруга моя маргарита
я ласково кличу её метео
рита
на китель пришила десятый шеврон
пылинки с покойного сдула
и стёрла дактилоскопический след
с дула
ведёт черепаха пространную речь
и дочь не пускает на танцы
лет этак до ста призывая беречь
панцирь
я в небо лечу жизнь мирскую кляня
и люди всё дальше и тише
но всё таки жаль что ты бросил меня
с крыши
урежьте заказ я не буду пшено
коалу и пасту аль денте
не знаю куда вы их денете но
деньте
раздену тебя в нетерпении всю
сниму украшения бусы
и медленно вниз на руках понесу
в мусор
такая красавица что просто ах
шикарная знойная чикса
как жаль что мы встретились на берегах
стикса
я пил из кадушки в которой котят
топила соседская бабка
их души вселились в меня и хотят
тапка
заброшенный сайт опустел и поник
и баннер рекламный не дышит
но вдруг раздаётся пронзительный клик
мыши
железный характер в себе закалив
теперь вечерами не ною
и невозмутимо смотрю на залив
ное
халатик мой скинут не бойся мой друг
попытки удрать ты бросай ка
за солью зашёл так с меня за испуг
сайка
по графскому парку гуляем одни
отравлены ядом соседи
и так хорошо мне с моей мимими
леди
я был испытателем семьдесят лет
и кажется мог бы и больше
и ладно б испытывал радость так нет
боль же
он в шесть серенады мне пел ты прикинь
а в десять ударил по пьяни
с тех пор с этим гадом мы больше не инь
яни
герасим гребёт сохраняя литсо
уводит лодчонку за бакен
а рядом сидит беспокоится со
бакен
ты хлещешь текилу и кушаешь лайм
забыв пионерские зори
вот только не надо вот этого айм
сорри
голодные лица костёр озарит
пожарить бы чонить спонтанно
терпенье товарищи пусть догорит
жанна
сезон наступил и в глазах твоих грусть
в деревне тебе будет проще
я летом легко без тебя обойдусь
тёща
осколками сердца осыпалась грусть
хрустит под ногами дорожка
я знала что я без тебя перебьюсь
в крошку
мы любим кататься и руководить
но если впрягаемся сами
то вмиг понимаем что нужно сменить
сани