играет гимн блестят погоны
олег идёт на третий срок
его лицо почти спокойно
упала гильза на асфальт
а я придумал чтобы жопой
теперь читать свои стихи
но нет поди ж ты ктото шустрый
уже придумал до меня
сквозь слезы я услышал только
что ей недостает любви
но так и не добился в целом
или конкретного кого
вернись в мадрид когда захочешь
ты пишешь пальцем на стекле
а я читаю в пятигорске
четвертый день идут дожди
вали давай зиме сказали
а снег подумал что ему
а я смотрел и стримил сразу
как ты несла в толпу заразу
прекрасных девушек так много
так много ласковых имен
моя ж с небритой черной мордой
со странным именем вахтанг
жру котлету с пола
в баре туапсе
не пренебрегая
правилом трёх се
мадам цветок ваш пахнет розой
хоть я не нюхал свежих роз
а может это просто тканей
некроз
хотелось снова приключений
но жопа стала бунтовать
я эмигрировал в оксану
живу теперь среди холмов
где травы и цветы и пчолы
прощай унылая страна
построил ной ковчег из досок
от гнева божьего уплыл
с тех самых пор куда ни ткнешься
везде дощатая стена
и тут мущина улыбаясь
вынает чорный пистолет
а мальчик будто и не видит
и из кулёчка ест зефир
по улицам бобра водили
сейчас вы скажете слона
но я сменил в рассказе слово
и свой поставил копирайт
чья это ягодица справа
пропойцы ли курильщика
здорового ли человека
щека
учитель в школе на собраньи
забыл что всем хотел сказать
увидев стройных мам прекрасных
и бать
зачем мне это было надо
успел подумать богомол
так камасутрой зачитался
что о жене совсем забыл
надень овечьи рукавицы
в свиных замёрзнешь и топор
обмажь обильно тёплым салом
и вот оладушков возьми
вениамин сидел на стуле
при этом он сидел на стуле
стоит тревожный янукович
в час пик в трамвае номер семь
к нему прижались инжынеры
спокойно дышут сквозь усы
как замечательно выходит
из вас непризнанный поэт
поутру по утру
поброжу босой
по муравам росным
пробегусь косой
влюбился карлсон в мэри поппинс
теперь не спит не пьёт не ест
не замечает даже крыши
отъезд
а я ребята староверец
сказал с испугом николай
но вскоре из военкомата
как новобранец зашагал
когда над нами проплывает
густой сиреневый туман
кондуктор ясно понимает
пора нажать на тормоза
мне предложил кусочек счастья
красивый добрый человек
пойду продам его на рынке
хромой озлобленной карге
олег порвал свою мошонку
о ржавый гвоздик на скамье
и только дома обнаружил
ошмётки кожицы пустой
окошко три для поцелуев
окошко пять поговорить
окошко семь для обнимашек
но там талоны кончились
хладно приручила
белой нежностью
а весною топишь
с безмятежностью