спасибо судьбе что послала ноль семь
нам виски шотландского с колой
а то б не увидел тебя я совсем
голой
я всёже каждый год волнуюсь
а вдруг малютка иисус
на этот раз мертворождённый
или урод какой нибудь
две очень мудрые старухи
бредут согнувшись под дождём
зачем ты дура за семёна
вобще пошла ворчит одна
чтоб мне пересадили печень
потратил деньги до рубля
и жить и пить я начинаю
с нуля
оман дарагой авторизуй
меня как заюшку плиз а
то через жэжэ не выходит
а пирог этот сотри нах
сказать по правде дрессировщик
и есть тот настоящий зверь
оксана открывает сонник
листает нервно от и до
к чему приснился белый конник
подо
мне массажистка александра
намедни сделала массаж
причём с усилием в пятнадцать
масс саш
не фрезеровщик я художник
кричал аркадий мужикам
а что пока на месте уши
так это дело двух минут
товарищ знай он не приемник
он передатчик потому
шкала другая абсолютно
прием ведут совсем не здесь
я знаю что петух зажарен
и скоро действовать начнёт
а что мне нужно делать дальше
спросил инструктора семен
инструктор будто бы не слыша
поднявшись молча закурил
не надо дед мороз подарков
и новогодних чертовщин
горящих изб коней и новых
морщин
ко мне природа охладела
и вдруг лишённые огня
уже и листья облетают
меня
набравшись смелости я руку
ларисе запустил в трусы
и волосы меж влажных пальцев
скользнули к моему локтю
погаснут лампочки и звезды
и в абсолютной темноте
сияние из глаз ясмины
увидят все не только я
олег мне очень это нужно
скажи мне тёплые слова
подумав он перечисляет
ну свитер валенки бушлат
олег немытый толстый палец
засунул в правую ноздрю
олег вы штото потеряли
спешат товарищи помочь
вы все в лесу своём тупые
дразнил сучки воздушный шар
а был ли ты несчастен в браке
ни разу отвечал олег
мы говорили о высоком
об антресоли на шкафу
синдром стокгольмского вахтёра
проходят люди ты сидишь
и им сочувственно киваешь
у них ведь важные дела
готов ли пирожок с грибами
пойди проверь его жена
там сыро и уже пора бы
грибам на нём произрасти
люблю посредственных поэтов
за прямоту банальных строк
для них логично что и это
и то г
я с детства шарики любила
всех надуваю до сих пор
просторы родины красивы
жива есенинская грусть
и мне не надо на мальдивы
но прусь
к себе две мощных силы тянут
одна добра другая зла
а я как раз посередине
узла
вильяма нашего шекспира
умом британцу не понять
настала болдинская осень
поэзией дышало всё
и даже бледный саша пушкин
и тот чего то написал
мы комитет по анаграммам
к приходу никарагуа
разучиваем крики врабо
руа