марию жажда обнимашек
будила ровно в шесть утра
а в семь она уже на курской
блаженно терлась о людей
а я возьму и в воскресенье
всем вам обрежу интернет
и вы поймете как же круто
не проебать свой выходной
в питере родился
никогда не ной
если нету солнца
грейся под луной
о подозрительных предметах
не сообщайте никому
они быть может пригодятся
в дому
не всех не всех ещё егова
успел свидетелей убрать
ем я нынче в меру
тело это храм
йогурт полморковки
сала килограмм
всех аллергических реакций
на пух на пыль и даже шерсть
опасней нет чем на будильник
на шесть
ну всё теперь пиши пропало
пропало через букву о
под утро вышел я из дома
рукой погладил старый клён
тебя напомнил он в постели
алён
за ноль калорий и названье
я поедаю конфетти
даме что тонула
посреди реки
аллигатор подал
две чужих руки
жиды олеги коммунисты
штурмфюрер злобно прохрипел
и сразу встали три олега
натан иосиф и арон
худого мы возьмём в команду
пускай играет на басу
а толстого тотчас же на кол
басу
давай я буду твой соспатель
сопросыпатель по утрам
совыпиватель виски с колой
сотанцеватель грязных танц
стою и над конём гадаю
загнал его как поступить
и как назло нет пистолета
и сигареты кончились
нам в коммуналке стало тесно
давайте павлика съедим
сказал семён и саппетитом
взглянул на спящего меня
неглуп красив своя квартира
принёс цветы побрит не пьян
похоже скрытый есть какой то
изъян
я самородок из глубинки
я получил такой состав
который если дашь еврею
тот без оглядки убежит
упряжку облепили чукчи
раздевшись до трусов и майк
чтоб сани сдвинулись однако
ставь лайк
я чувствую как клинит башни
порой у древнего кремля
когда то бог ещё ребёнком
играл в космический пингпонг
и закатился в угол шарик
собрав ком пыли под тахтой
послушайте карлсон а вы б не могли
сдать домик на крыше в аренду
от мордора годик пожить бы вдали
гэндальф
вы всё чего то говорите
а я напротив глух и нем
макаю блинчики в сметанку
и ем
шмел уснул зимою
пчёл и даже ос
только вшу не спится
бродит меж волос
то голубой то ярко алой
то вдруг зелёной озорной
заря на небе занималась
хернёй
пшеничных кос духмяный запах
шёлк кожи тихий томный стон
я мну в руках своих горячий
батон
светилась как солнце взмывала в астрал
нежнейшей мелодией флейты
а он даже имя не помнил и звал
эй ты
я ел гантели лет наглея
корежил бес все ближе рок
а жыл как кот как ток как лыжа
как кок
без ночных дожоров
жизнь твоя пуста
только чавкай тихо
не буди кота
поэт не ест не пьёт не курит
и синева сквозит в лице
всё потому что он под музой
цеце