чёрствый хлеб не может
есть беззубый глеб
вот и покупает
только жидкий хлеб
ещё до смены вашей авы
я видел с кем вы и когда вы
охота выругаться матом
но я же в миде дипломатом
я высадил бабу с мешком барахла
телега мадам не такси вам
послушал кобылу хоть та и была
сивой
с пятидесятой годовщиной
нас прилетела поздравлять
толпа зелёных человечков
похожих на гагарина
у вас топорная работа
сказал раскольникову кто то
какая нафиг фудзияма
улиткам нервно крикнул слон
пихая их с килиманджаро
на склон
урожай весь собран
баночки вкусны
и весы придётся
спрятать до весны
от вас была она в восторге
узнав что вы породы корги
сначала медсестра заснула
потом хирург ушёл в мир грёз
но мне не жалко это общий
наркоз
на пегасе белом
мчит принц с розою
чтоб мне жизнь как в сказке
сделать прозою
блеснуло что то в ипполите
инопланетное в лице
он просит брыльску о каких то
Кэ Цэ
так высоки сегодня ставки
что заложил носки и плавки
я сел на нары оглянулся
мне сразу бросилась в глаза
с соседних нар из грязных пальцев
коза
я всем о море и о пляже
а мне никто не верит даже
сегодня ночью ктото помер
и просто счастлив что теперь
платить не надо за квартиру
а лишь за вечность и за свет
кобзон имеет спин и массу
а толком больше ничего
по слухам есть заряд и скорость
записанные на жену
у всех фигур симптомы грыжи
а я художник я так вижу
листает брэма анатолий
спрут сурикат сурок сапсан
и понимает что супругу
брэм не решился описать
ленка вон на фотке
в море прыгнула
я в норильске вуду
шею выгнула
законы в гаражах суровы
пусть местный ты иль так проезж
семь раз отпей и лишь один раз
отъешь
сотни женщин в месяц
вижу я в окне
все спешат куда то
к счастью не ко мне
ты мне сказал два комплимента
за гуж схватил меня к тому ж
короче милый раз уж взялся
так дюж
твои глаза мне излучают
полярный холод ледяной
а остальным над морем солнце
и тёплый берег в сен тропе
олег выращивал планеты
для расселения людей
земля была вполне пригодной
но люди там не прижились
собрались станиславский с горьким
залечь и выкушать вина
но тотчас их чапаев выпер
со дна
эксгибиционист аркадий
заходит за старушкой в лифт
и торопливо обнажает
больную душу перед ней
главврач сказал что мне до смерти
осталось двадцать пять шагов
и я в ближайший алкомаркет
за водкой двигаюсь ползком
не трогай эти мандарины
они на завтра для гостей
а хочешь есть ступай на кухню
там ночью вырвало петра
вот бы мне гитарку
да ишо усы
спел бы завируху
с виа верасы