полжизни вредные привычки
скрывать чтоб не узнала мать
полжизни от детей и внуков
скрывать
олег всю жизнь мечтал увидеть
как проплывает труп врага
а враг ждал мёртвого олега
немного ниже по реке
под странный шорох эсэмэсок
которых мне никто не шлёт
неспешно время размывает
твое неброское лицо
клянусь вам игорь я не свингер
и уберите дабл-фингер
занырнув поглубже
увидал андрей
сколько под корягой
мудрых пескарей
и предложили тут народу
не будем кушать пармезан
я и до этого не ел но
я за н
ты позабыв о дне знакомства
подбросил мне сомнений нить
тебя помиловать нет шансов
казнить
за поворотом указатель
что означает не понят
но непонятки нас отважных
манят
я тонкой струйкою сгущенку
на грудь вам вылью и живот
и в эротическом экстазе
пойду на кухню ставить чай
тарас не сразу стал маньяком
сопротивлялся сколько мог
но час настал на самокате
он въехал в город армавир
с утра волнуется оксана
и глаз блестит как у орла
опять наверно чью то печень
жрала
я полюбила манекена
не пьёт не курит не храпит
но изменяет регулярно
прикид
сейчас назад перемотаю
а то я много пропустил
сказал господь и на поляне
вновь показался динозавр
тёртая морковка
это мой лагман
и аутотренинг
и самообман
играйте сами сами пойте
и сами хлопайте в конце
а я не те по чьим заявкам
концерт
свободно и непринуждённо
она брала за сетом сет
лишь раз поправив за обедом
корсет
в гипотетической вселенной
пять дней в неделю выходных
но также лупят два рабочих
под дых
я мимикрирую смотрите
сказал мне с ужасом казах
и я увидел ужас в круглых
глазах
я грежу о тебе ночами
я о тебе вздыхаю днём
а может всё начнём сначала
ночьнём
сдай на мешок сказал мне тренер
мы бег устраиваем в них
я настороженно спросила
в одних
из тела зины вылетают
с тугим резиновым хлопком
слова и слёзы и детишки
упругие как мячики
в мове уже никто не рымлет
ни бармаглот ни брандашмыг
кружит над лесом стая черных
барыг
мой член как шприц сказал евгений
а мой как нож сказал вадим
давай ка я тебя зарежу
а ты мне сделаешь укол
все пробоялись прокричались
просумасшедшилися все
ну здравствуй выживший народик
постапокалиптический
вся наша жызнь на самом деле
вполне обычная соцсеть
и смерти нет а тот кто умер
не умер а ушол в оффлайн
вид глафиры счастлив
бюст её помят
видно тут топтался
бегающий взгляд
моя зазноба городская
живёт на третьем этаже
а написала что на пятом
уже
ходит глеб на сайты
постоять сосной
посреди поэтов
с книжкой записной
послушайте шептал нам старец
я покажу вам джигурду
и отвернулся чтоб не видеть
как будут лопаться глаза
жан люк в печали длинной палкой
сбивал подвески старых люстр
а что припомните мне вы из
жанлюкств