всю жизнь завидовал тем людям
кто не умел завидовать
сперва доплыли до кронштадта
потом свернули в камыши
шоб с кислой вражескою миной
лицом к лицу не повстреча
луна изменившая фазу свою
надежд не оставила толком
и с этой минуты на всех я смотрю
волком
любовь приходит и уходит
а мы с тобой навек друзья
раз ты на ней готов жениться
раз я
глеб проволандался на входе
и опоздал на страшный суд
за то его назад ногами
несут
барталамью сходите к слугам
распорядитесь молоко
чтоб не сбежало мы тузов здесь
от вас припрячем в рукавах
смотрел в глаза и хитро щурясь
про галифе пел сукачёв
но не фасон меня прельщает
а чё в
надень ка наденька вот это
теперь снимай но не спеши
теперь сыграй мне на рояле
сонату лунную я всё
когда любовь теряет пряность
я добавляю пастернак
про премиальные директор
ответил ничего себе
зухра семёна слепо любит
нащупывая каждый раз
то бороду то член то уши
то удивлённые глаза
в деревне сады урожая полны
речушка стрекозы раздолье
на каждом заборе висят пацаны
с солью
на свой колодец наплевала
он без воды уже давно
ко мне постучался в окно принц с конём
сказав собирай все манатки
и сразу забилось сердечко моё
в пятки
олег увидел ноги бога
и поспешил закрыть глаза
чтобы не видеть то что выше
над ним простёрлось в небесах
скача в огне конь смерть почуял
увидев бабу впереди
алеша не хотел быть богом
он рыл в песочнице тоннель
когда закрыв собою солнце
ударил мячик промеж глаз
руфь подарила речь олегу
а он дар речи потерял
скажите всё что вы хотели
сейчас мы въедем в водопад
а после можем обнаружить
что разучились говорить
куплю немного снегопада
хотя бы на двенадцать дней
а на тринадцатый я вспомню
как раньше было хорошо
вы в шарм эль шейхе обнаглели
набрали массу как буржуй
и морда ваша заплывает
за буй
бенгальскими свечами ольга
лечила острый геморрой
вы снова входите без стука
жену похлопав по плечу
но коль зашли тогда держите
свечу
джордано мог бы и не спорить
и шла бы жизнь как у людей
но накипело слишком много
идей
придумал пакостную харю
на месте милого лица
и больше не могу встречаться
она вылазит каждый раз
штоб чорную дыру открыли
я к ней приделал рукоять
сказал создатель и оставил
зиять
его любовь звалась статьяна
в свои пятнадцать юных лет
русалок в море не осталось
а здесь под каждым под кустом
лежат спасённые за годы
кустом
я вижу вдруг сказала ванга
и я застыл с открытым ртом
поняв что мой вопрос про это
её к прозрению привёл
лицом к лицу с самим собою
один остался на один
и сам себе король и просто
людин