целую всех лягушек встречных
и тормошу на рынке щук
и жёлтых рыбок покупаю
а вдруг
лежит изольда на кровати
бывает к ней зайдет эразм
и еще реже посещает
оргазм
как гадко пахнут эти деньги
их даже куры не клюют
вениамин с женою смотрит
на выступление пловчих
момент блаженства маскируя
под чих
пилот заходит на посадку
и говорит твою жеж мать
сложнее боинга картошку
сажать
пропасть это первый
а второй этаж
это бездна в общем
помни инструктаж
кремлём одобренный английский
прекрасно выучил максим
приехал в лондон а там толпы
каких то странных мудаков
качаясь на волнах в корыте
покрытый солью я лежал
вдруг днище лезвие пробило
ножа
любителя ходить без шапки
мы тут встречали одного
теперь лежит вон в том сугробе
его обледенелый труп
мой бро не просто добрый малый
он квинтэссенция добра
мне далеко ещё размером
до бра
с тех пор как мы с тобой расстались
прошло пятнадцать долгих лет
шестнадцать бесконечных вёсен
а зимы я и не считал
я съел всего одну котлету
а ты глотаешь не жуя
уже четвёртую оксана
жевков должно быть тридцать шесть
я в детстве был привит от смерти
и вот уже в который раз
друзей из жизни провожаю
и им завидую в душе
об апельсинах в негативном
не думал крокодил ключе
пока не подцепил там что то
на че
как надоели злые люди
и редких радостей пунктир
надеть бы шапку невидимку
на мир
узлы считая скрупулезно
зима готовит мне гамак
сверкают ледяные спицы
бряк бряк
ах чупакабра чупакабра
стенает пришвин под кустом
зелёный мокрый с крокодильим
хвостом
не началось ещё спросила
меня тревожная луна
просунув половину морды
в чуть приоткрытое окно
карагандинский колчеданно
обогатительный завод
гласит табличка на воротах
исус слезает с ишака
иван дурак бы сразу понял
зачем вступать с лягушкой в брак
а ваш царевич ну ей богу
дурак
секреты зубы разжимают
и сильно тянут за язык
олег смотрел на двери загса
и видел адские врата
колян фамилию бубындя
сменил на гауфзильберштольц
и вдруг стал какать шоколадом
все рады в шоке лишь отец
бартоломью глядит на тигра
а тигра на бартоломью
и каждый думает а может
и каждый думает а вдруг
напротив старого серванта
стоит продавленный диван
сидим на нём и на фужеры
подавленно глядим с тобой
олег министыр земляники
семнадцать неспокойных лет
он будто бы над ниагарой
идет по лезвию ножа
хотя мы все от обезьяны
но ктото точно от свиньи
а чтоб к истокам обратиться
примерьте шлемов и кольчуг
со сцены всех увещевает
шевчук
отправить в чорный список просто
а ты попробуй полюбить
назло сомненью маловеров
препоны все преодолев
евгений вырвался из жопы
и обратился в чистый звук