подаришь людям скажешь нате
а сам у них исподтишка
отксерь лицензию на обжиг
горшка
а вы мне даже симпатичны
когда вот так издалека
я cозерцаю ваш затылок
через оптический прицел
за златокудрой зинаидой
змеится зависть злых зануд
звездою злобно зеленея
зовут
доктор пропиши мне
лето круглый год
в качестве лекарства
всех болезней от
застрявшая в блокноте пуля
сошла за чудо бы вполне
когда б не остальные девять
в спине
олег упал с лесов на рельсы
вскочил уж думал пронесло
но вдруг трамвай и пол олега
снесло
в любой анкете в пункте возраст
взяв в руки красный карандаш
оксана львовна пишет гордо
не дашь
накрывшись серым пледом неба
хлебнув дождливого вина
давай поговорим про осень
до дна
Шесть куриц, три хвоста павлиньих
На встрече одноклассников.
от материнского инстинкту
или в преддверии весны
шальные радостные снятся
сыны
Меня обчистил мистер Пропер.
прошу забудь меня оксана
и никогда не вспоминай
сожги до тла все наши фото
отдай в приют наших детей
кольцо с брильянтом ламборджини
и особняк с бассейном чтоб
олег не слышал эти бредни
он ёб
зухра живёт обычной жизнью
в дневник записывает глеб
затем в сердцах большой бинокыль
зашвыривает под кровать
раньше зад мой видел
тысячи газет
а теперь лишь зеву
так как правды нет
физичка физруку клянётся
что в куче спортинвентаря
среди коней и неудобно
и зря
сегодня в клубе состоится
Иван Иваныч как мужык
я ненавижу вас евгений
себе евгений говорит
бьет по щеке себя перчаткой
и вызывает на дуэль
оксану с острым отравленьем
вчера в больницу отвезли
а муж сидит глядит на ужин
сама просила же сюрприз
чтоб отдалить конец печальный
подумал свежий круассан
скручусь в одну из самых чорствых
асан
на теле вещего олега
телеведущий новостей
телевещает про опасность
костей
не растет зарплата
хоть молюсь богам
не видать мне кипра
не видать багам
как оказалось ваша книга
про то как сифилис лечить
а мы хотели вас в программу
включить
кощей слабеет и хиреет
и не бессмертный он уже
а болен воспаленьем утки
и выпадением иглы
избушка повернулась задом
и крышу сдвинув набекрень
умчалась на ходу роняя
румынский спальный гарнитур
те кто живут в реальном мире
не ходят в гости по утрам
чтоб их случайно не послали
к херам
тёща ест печёнку
вроде не мою
но на всякий случай
бок ощупаю
солнышко не светит
ласточки как вид
вымерли и людям
тоже предстоит
на угрофинском факультете
какой то пришлый франкофон
артикулируя растрескал
плафон
арнольд эдмундович железный
неуловимым жестом рук
внезапно может превратиться
в утюг