не коннектят пипл
нынче нокии
оттого и бродим
одинокие
убрав в футляр вставную челюсть
сожгли мохнатую кору
деревья люто отомстили
бобру
пролетело лето
ярким мотыльком
в воздухе запахло
снова шевчуком
как добрый волшебник идёт новый год
по белым сугробам ступая
и новую жизнь начинает народ
майя
на столе конфеты
фрукты хлеб и торт
но без водки это
грустный натюрморт
вдруг облака собой раздвинув
взошёл над лесом ясен пень
мне для победы не хватило
каких то жалких трёх ферзей
я помолился пентаграмме
и в жертву кролека принес
чтоб сотона простил и понял
мою любовь и доброту
как одиноко некрофилу
и грустно что ни говори
взаимной хочется бедняге
любви
не будете ль вы столь любезны
ответить мне который час
внимаю я потокам бреда
от вас
как кот сметану лошадь сено
морковку заяц ёж грибок
люблю над чашечкой кофейной
дымок
течет вода по толстым трубам
потом по тонким а потом
из крана капает на кухне
за сутки литров сто писят
альберт приписывает возраст
как дмитрий много лет назад
но правнук чтоб купить портвейна
а прадед чтоб попасть на фронт
знаю старожила
уникального
ленина он видел
вертикального
верхом на пламенной корове
въезжает кали в магадан
в одной руке кинжал в другой че
модан
посмотри в глаза мне
в душу загляни
видишь сколько много
всяческой фигни
вот тебе икона
щука из оби
а ещё весло на
ешь молись греби
не хотел на елке
оказаться лось
но камаз навстречу
и ему пришлось
земля ушла из под олега
и под его ебвашумать
вернулась и поцеловала
в ланиты спелых ягодиц
ну что за вежливая грубость
сквозь плащ руки не подают
да я дрочил здесь ваша светлость
а тут
давайте бросим эти споры
они пусты и ни о чем
и ни одна из них не станет
грибом
в окне плюс двадцать пять и ясно
все разъезжаются на пляж
а ты куда пошла оксана
ложысь обратно и рожай
будь мужиком сунь мордой кошку
в обоссанный не раз сандаль
и вечно недовольной дуре
всандаль
на перевале видел дятлов
они стучали в кагэбэ
а мы обычные туристы
кагбэ
в душу снежной бабы
грустный снеговик
маленькой морковкой
глубоко проник
илья на реплику андрея
мол невысок и пидорас
штаны застёгивает ззади
и стоя прячется под стол
люблю тебя моя котлета
и пронесу мою любовь
хоть по харчо хоть сквозь ботвинью
хоть впловь
в оксане двести грамм овсянки
сухарик яблоко кефир
а за пределами оксаны
злой мир
я гравировщик аниматор
я сделал кладбище живей
теперь синхронно равномерно
моргают мне портреты с плит
ну раз уже больше тебе ни согреть
ни чмокнуть меня неохота
уткнись мне пожалуйста в нижнюю треть
фото