клаустрофобией томимый
он девять месяцев страдал
а вырвавшись еще истошней
орал
возмущалась мышка
я вам что лакей
то за репку дергай
то яйцо разбей
человеку нужен
старый добрый рок
чтобы злого рока
козни превозмог
внезапно в тёмной подворотне
встречаю глеба и илью
встаю плечом к плечу с друзьями
и лью
мы рады вас на семинаре
про орогенитальный секс
нет свой муляж немытый спрячте
я покажу на чупечупс
ты просишь рассказать о чувствах
а у меня к тебе лишь те
для описания которых
слова не лучший инструмент
оля это надо
надо для морей
просто жуй и верь что
любишь сельдерей
малевич стоя за мольбертом
под нос мурлыкал paint it black
талон пэ два эс ноль четыре
в окно три тыщи сорок два
по третьей лестнице подняться
на семьдесят восьмой этаж
шел мелкий дождь шел день к закату
олег в пивную год к концу
не шли усы лишь зинаиде
к лицу
три года я тренировалась
гадать и попадать туфлей
и вот теперь ты одноглазый
но мой
я разочаровался в людях
в любви в создателе в судьбе
осталось разочароваться
в себе
возможность всю родню поздравить
при этом уложившись в мрот
имеют те кто из казанских
сирот
олег слепил из снега бабу
назвал оксаной пнул ногой
и гордо прочь уходит как бы
к другой
есть человек в азербайджане
сидеть он может на костре
или на газовой горелке
его зовут вольфрам заде
ночь улица фонарь аптека
звонок такси аэропорт
три чашки кофе гейт посадка
прибытие махачкала
когда оксана получила
четвёртый дан по каратэ
муж научился мыть посуду
а кот освоил пылесос
в марте валерьянку
хлещем я и кот
то его накроет
то наоборот
вредная привычка
разевать свой рот
то не то сболтнёт он
то не то сожрёт
слепила из того что было
и николаем нарекла
он замечательный и цветом
напоминает шоколад
умна скромна неприхотлива
люблю навек варю борщи
в москве поди такую дуру
сыщи
олег питается стихами
а ну ка в трубочку дыхни
сейчас узнаем сколько рифмы
в крови
я не про вас товарищ сталин
я про другого усача
клянусь любые совпаденья
случа
на невезучего олега
сорвался с тополя кокос
была такою страшной сказка
что дети вышли покурить
от безысходности вскрыл вены
а кровь оттуда не течот
да ты всю выпила родная
зачот
туман накрыл уставший город
в себя впитав обрывки снов
пройдусь по ним не оставляя
следов
серёга конченный романтик
бензином окатив жену
бежал за ней с паяльной лампой
переодевшись мотыльком
с огромным почти стометровым сачком
диаметром метров пятнадцать
привык анатолий за длинным рублём
гнаться
пусть тебе приснится
город над невой
где загар у местных
с лёгкой синевой