я подарю тебе на праздник
большого чорного жука
мы будем с ним играть в сережа
бля убери его скорей
в марте обновлений
хочется левше
снял с блохи подковы
и прибил их вше
я поймала птицу
завтрашнего дня
пятый день из клетки
материт меня
смотрите люди вот он данко
в руках как символ перемен
он держит пламенное сердце
и член
а мы всё ищем тайный смысыл
и всё ещё чего то ждём
а ведь давно все чувства смыты
дождём
любовь счастливая заходит
к любви несчастной на чаёк
и ржут меняются граблями
и в карты режутся на нас
паду ли я стрелой пронзенный
иль мимо пролетит она
пропел прораб а кран ответил
а на
выходные скоро
четких мыслей нет
хочется на море
и велосипед
на яркий свет в конце тоннеля
шагаю тупо как баран
а там кинопроектор зритель
экран
часам к двенадцати всем телом
тебя желаю как всегда
скорей начни ласкать сосочки
еда
чтоб дело мастера боялось
он знает много страшных слов
в шарфе махеровом навыпуск
слегка причосан и небрит
олег в метро сидит напротив
и губы трубочкой сложил
меня уносит передача
спокойной ночи малыши
в доинтернэтовский период
души
как снег на голову свалился
но к сожалению кирпич
посленовогодний
алкотоксикоз
мне бы столько почек
сколько у берёз
о боже с сырного дурмана
я стала слышать голоса
вон спеть ей песню снизу просит
лиса
филипп бедросович киркоров
примкнув к предвыборной борьбе
именовать себя заставил
без бэ
стёрла отпечатки
закатала в плед
так учили настю
в сериале след
пришла весна взошли рояли
и музыка слышна с полей
там музыканты чистят ноты
от тлей
на восьмое марта
женщин всех ваще
выйду в парк поздравить
голый и в плаще
вы говорите я случайно
задел вас кончиком весла
а я позвольте вам заметить
со зла
когданибудь я буду краток
придёт разбочивость сама
пока пешу в год по три тома
дюма
когда был маленьким кутузов
семь нянек было у него
чингиз потрогал пианину
теперь прислушивается
к себе но тщетно пианина
увы не трогает его
за окном сугробы
белые лежат
флоры приоделись
фауны дрожат
оксане снятся сонмы членов
преследующие её
и в беззащитные подмышки
настырно тычущиеся
к оксане глеб с иерихона
полз на предмет перепихона
укрыть её своей рубашкой
и приобнять согреть чутьчуть
и думать думать думать думать
измена это или нет
ты перестала улыбаться
и я забыл твой звонкий смех
но сердца жестяная банка
стучит болтаясь на ветру
смерть состояние не тела
а состояние души
и потому на свете мёртвых
гораздо больше чем живых