однажды миша маша петр
отважились на секс втроем
о боже мой тут крики стоны
а маша слушает да ест
жеглов обводит на асфальте
бандитов мёртвые тела
а тех что убежать успели
жеглов рисует от руки
из глубины сердечной раны
течёт не засыхая кровь
жестокая ты очень штука
штык нож
я строю рожи бригадиру
на грани вывиха лица
вот так он сложно пародиру
ецца
внезапно нас накрыло лето
когда закончилась весна
ты не надеялся на это
ты знал
а из наших окон
видно как сосед
не переставая
видит нас в ответ
расколю на части
запасной сухарь
эта часть на праздник
эта на январь
хуже бессердечной
бабы без души
только бесконечно
ноющий мужик
я ныряю в тёплый
летний интернет
а могла бы в море
но меня там нет
перед тем как выйти
утром на крыльцо
самоизолентой
обмотай лицо
я на фильм ужасный
не пойду в кино
там во первых страшно
во вторых темно
бог не жмись и сделай
ты же можешь а
возраст член и зубы
всё по тридцать два
таня в чай украдкой
подливает ром
чтобы чаепитье
кончилось добром
ты же не насильник
ты же не маньяк
дай прекрасной даме
дохлестать коньяк
на авито ёлку
выставлю уже
может кто то купит
дёшево ведь же
делаю уроки
с дочкой только я
чтоб свихнулась если
то не вся семья
впросак не ходят пароходы
впросак не едут поезда
как я всё время попадаю
туда
у меня колонки
в человечий рост
не люблю соседей
ненавижу прост
ну вот и рай подумал митрич
в конце тунеля увидав
до горизонта кружки с пивом
и воблы вяленой мешки
толпа волнующихся льдинок
вниз по течению плыла
на ежегодный митинг против
тепла
а что ещё бы вам хотелось
такого сделать для людей
чего они не ожидают
и никогда не захотят
с фоторужьём идя на зайца
подумал шарик не уйдёшь
и присобачил к объективу
штык нож
осенний лист дрожа от страха
смотрел как братьев и сестёр
цинично дворники бросают
в костёр
под ветвью сакуры цветущей
привал устроил самурай
не битвы снятся самураю
бонсай
мы собрались на хрупкой льдине
и там оплакали моржа
причину грусти поедая
с ножа
мужчина моет бегемота
так кажется со стороны
на деле же мужчина тонет
и руки по спине скользят
не опирайся на олега
сломаться может пополам
и острой нижней половиной
насквозь пронзить твою ладонь
циничный словно доктор хауз
он мчал по улицам москвы
ерошил волосы прохожим
и лез под юбки на тверской
а у камней другие песни
стихи другие и печаль
и алфавит в себя включает
пятьсот ступеней тишины
страшней всего морозным утром
в забытом богом городке
проснуться затемно и надо
живую рыбу продавать