в формальдегидных океанах
старушек бледных косяки
плывут подвластные гольфстриму
на нерест внуков и детей
зима так тихо что я слышу
как уходя в последний путь
клянутся в верности друг другу
снежинки у меня в руках
андрей надел свои награды
и сбоку кортик прицепил
и мысленно пошол жениться
на лучшей девушке села
над старым псом седой кинолог
склонится тихо и отдаст
ему последнюю команду
в последний раз ошейник сняв
поедемте кутить в обломофф
оксане булькает олег
со дна огромного джакузи
через шампанское клико
а вдруг когда я засыпаю
другой какойто я встает
идет на кухню пьет мой кофе
и вещи трогает мои
непредсказуемы пингвины
бывает выпьют и молчат
бывает весело смеются
бывает плачут и поют
войти в астрал гадалка хочет
но кто то занято кричит
в моей никчёмной скучной жизни
не происходит ничего
и даже отпуск протекает
как простокваша сквозь пакет
куда б ни вели тебя жизни пути
совет мой не будет излишним
себя береги и в дороге свети
ближним
чтоб свежей вам привёз осоки
вы мне все высосали соки
у всех бывает после пьянки
что в голове туман сплошной
но чтобы якорь перепутать
с княжной
директор дома бескультурья
собрал в приёмной коллектив
и сразу же распорядился
идти в
поймав отправили воришку
облагораживать пустырь
а он возьми и все пустоты
постырь
к цветочно шоколадной фазе
ты мне представил кучу смет
да как тобой был этот метод
посмет
ни выпить ни пойти по бабам
и даже не сойти с ума
печальная картина мастер
и ма
страшней всего когда однажды
тебя знакомят с рюкзаком
а ты внезапно понимаешь
знаком
стрельба в ночи по дирижаблям
с крупнокалиберных рогатк
сюжет достойный книг и песен
агат к
в конспиративную квартиру
вошёл пантелеймон сачков
переодетый в плащ из чёрных
очков
иван был человеком словом
для милой выстроил избу
но не из бука а пока что
из букв
изящно брови приподнявши
и полуприоткрывши рот
олег заканчивал осмотыр
ворот
что ж рак ваш пятиться не хочет
хотя здоровый и по пять
так ты хватай его за клешни
и пять
бывает так что просыпаясь
не досчитаешься руки
потом вдруг бац по ней бегут ё
жики
в тиши обеденного зала
вся в замешательстве дрожа
из теста тихо выползала
дрожжа
печально шевеля усами
сомы таращились из ям
как стаса медленно сносило
к буям
перекроить на занавеску
свекровь отчаялась фату
романтика неприменима
в быту
съедена по пьяни
и лежит в грязи
молодая пешка
шедшая в ферзи
вновь разбита ваза
продран стул до дыр
но простила сразу
услыхав мыр мыр
в бэху льют шелл хеликс
иногда мотюль
а на свадьбу суки
подарили тюль
осени дождливой
красотой маня
заметают листья
грустного меня