бывало волк едал от пуза
каких ни попадя существ
но образумился с годами
и ест в
мы странгуляцию отложим
до послезавтра а пока
вас ждет мучительный пиролиз
белка
когда язык мортир и ружей
с французами завёл в тупик
вдруг наступает с казаками
час пик
невыносимая жестокость
сказал роняя зубы том
и снова получил по морде
тортом
в противовес разнорабочим
на рынке нашего труда
я одинаковорабочий
всегда
я вышел в люди из народа
теперь расстроенный народ
меня в себя назад из люди
зовёт
психологическая травма
на жизнь оставшуюся всю
и я её по жизни гордо
носю
я сквозь наркоз хирурга слышу
вот это мурке отдадим
из волны на берег
шли богатыри
и за каждым стайкой
тещи тридцать три
то в жару то в холод
погружает май
не ворчи расслабься
карму принимай
был бы я не жалок
был бы не смешон
ни за что б не прятал
рыло в капюшон
я тебя с работы
очень сильно жду
приготовил блюдо
ты готовь еду
в старой сказке мальчик
был совсем не мал
а кликуха спальчик
так как много спал
долго ёрзал в кресле
наконец решил
встал и в третьем акте
мавра задушил
фёдор в гималаи
и на колыму
кто б из жопы шило
вытащил ему
вылезли из банки
чайные грибы
в кухне нет хозяйки
и следов борьбы
весело катиться
в море на волне
грустно в новых туфлях
в парке на говне
жду пожду давненько
я царевича
может заезжал а
память девичья
из окна панельки
пялюсь на кусты
а в мечтах то море
ветер парус ты
если собеседник
говорит да но
ваши аргументы
для него пусты
селезень у утки
у гусыни гусь
ну а я трусцою
лучше пробегусь
о спине пошутим
пососём пивка
чо ещё нам делать
в день то дурака
только секс возможен
по желанию
а обед всегда по
расписанию
про кота и ёлку
если ты поэт
должен депрессяшку
тиснуть в интернет
наколи сосульки
дед мороз в коктейль
и поставь негромко
песню про отель
ты с утра мне нервов
натянул струну
ничево я к ночи
тоже психану
детство вспоминая
горько плакаю
кормят в жизни взрослой
всякой какою
август ночью в небе
зарядил салют
подставляй ладони
звёзды там и тут
первый день на пляже
это сущий ад
мы ушли а кожи
до сих пор лежат
мужики обычно
выбирают жён
из прошедших воду
и огонь княжон