разбиты руки в кровь и ноги
разбиты нос и голова
разбиты чашки и стаканы
а пирожок не разобьешь
смотрите лёша караковский
сюда наверное придёт
его мы даже не прогоним
дадим понюхать и звезду
сказал родители на даче
домой позвал есть пирожки
так раздевайся же скорее
замерзли ноги и живот
вчера я был на дне рожденья
прекрасны публика и стол
там было кофе из пертушки
и с вермишелью пирожки
как ловко делаете это
а можно сбоку посмотреть
особенно теперь вот это
ой а вот это что у вас
вечная дилемма
пить или не пить
если вас на речку
понесли топить
врач плотно уши затыкает
когда со сломанной ногой
к нему философа привозят
в комплекте с философией
не стыдно быть таким счастливым
семёна спрашивает бог
я сею гнев болезни смерти
а ты знай ходишь и поёшь
хотелось рассказать ребятам
про снег дорогу и эсфирь
я помолился богу слова
но тот был занят пиздежом
какого лешего кричала
седая мать держа в руках
неоспоримые улики
что дочь таки у лешего
я еду к вам олимпиада
по эскалаторам бегу
стучу в кабину машиниста
крича извозчик погоняй
да он эсэсовец я знаю
кому то он писал эссе
а кстати что у вас там с жопой
спросил усатый человек
и как то сразу все смутились
а кто то даже показал
помогла подруга
в тягостной судьбе
умер от недуга
от любви к себе
ответчик в лице ооо говномес
истца и конвой перечпокал
пока прокурор добираясь до эс
окал
дать пять не смогу хоть секи батогом
могу дать без малого три-пять
здесь вам не чикаго поскольку кругом
припять
я привлекателен чертовски
иду на хэлловин по свойски
поверьте дети это клоун
прост в пять пакетов расфасован
иудой преданного друга
священник взглядом избегал
вчера он с кассы пару тысяч
украл
в хаммаме пар жара и камни
и лица в белой простыне
ведь дышат только поры в этой
бане
писатель был слегка взволнован
ложился на ковер щекой
и под диваном чтото щупал
рукой
небесный нвострой сансары
заселены шестой восьмой
а между ними как ни странно
седьмой
Плейлист всего важнее в жизни
Важнее даже, чем Плейбой
от жары до стужи
два три месяца
времени так мало
штоб повесицца
олег купил на рынке время
и обменял его на сон
во сне он был богат и время
на рынке людям продавал
в конце туннеля в контражуре
я различил твое лицо
лицо конечно было бога
но он избрал его твоим
кто ж так жестоко вас обидел
они с улыбкой говорят
и смотрят лисьими глазами
не обижавшими меня
хочу зимой когда природа
уснёт спокойно до весны
под тихий шорох снегопада
и утро синее едва
с тобою ночью на работе
глядим сквозь темное окно
как перед нами в вихрях вьюги
сперматозоиды кружат
а где то на доминикане
под шорох волн и шелест пальм
стоит у моря моя оля
не втягивая живота