когда уходит станиславский
на свой законный выходной
то он для труппы оставляет
плакат не верю за себя
у шапочки от встречи с волком
в душе остался след клыков
и выше чуть того что кормит
волков
необоснованно укушен
собакой босх иероним
за место где не как художник
раним
антон включил гиперболоид
и на поверхности луны
кривыми буквами выводит
оксана я тебя люблю
олег из клана ивановых
унылый депрессивный тип
олег воспитанный в пробирке
веселый толстый карапуз
подходит гражданин со спицей
навязывает дальний бой
и хорошо есть пробник шпалы
с собой
большие руки константина
уходят вдаль за горизонт
и он терзается в догадках
чем же там заняты они
олег хотел бы быть антоном
ещё сильнее кузьмичом
антон кузьмич в селе был дамским
врачом
он был артист больших и малых
умён красив и знаменит
но всё же в банке не давали
кредит
когда закончились гранаты
от помидоров и яиц
глеб отряхнув костюм отеллы
упрямо арию допел
я понимаю снегопадом
ты шлёшь последнее прости
но может хватит бедный шарик
трясти
наутро роза распустилась
и голый тополь под дождём
взирает на неё с упрёком
через оконное стекло
мы вместе слушали нирвану
и роллинг стоунз до тех пор
пока вы как то не включили
игнор
поэты воспевали осень
я ж вижу грязь и серый цвет
и понимаю я совсем не
поэт
сказала таня между нами
телепатическая связь
и глеб в восторге первой связью
гордясь
у общества борьбы за трезвость
клуб анонимных алкашей
в конце квартала постоянно
с возвратом взносы занимал
прямоугольный треугольник
создал с трапецией семью
и вдруг она рожает сына
с семью
в тот день когда дадут зарплату
когда отдам свои долги
я наконец то встану с нужной
ноги
низались рифмы словно бусы
и в пузырьках вдовы клико
хихикая купались музы
алко
малыш обрюзгший у окошка
с волненьем смотрит в темноту
однако толстый не успеет
слетать за пивом до восьми
ночь восхитительная штука
конечно если с потолка
в глаза не сыпется вам штука
турка
из робкого по жизни глеба
латентный вырвался смельчак
впервые он не опускает
стульчак
глупец обиделся философ
я не вина прошу стакан
а исключительно для истин
капкан
жена на стол поставит ловко
стопу блинов салат омлет
и завтрак плавно переходит
в обед
враги сожгли родную хату
а я наставлю им рога
с женою каждого второго
врага
садится солнце в изголовье
канючит сон мой гонит прочь
ну солнышко ну пять минуток
ну дочь
глянь всё лицо моё в морщинах
страдает у трюмо супруг
я улыбаюсь и включаю
утюг
придя устав домой с работы
желаю только одного
включить без звука телевизор
и созерцать и созерцать
люблю я март с грачом на ветке
апрель и полный почек лес
но всех сильнее я люблю май
онез
всё что осталось от олега
хранила бережно зухра
барсучий жир четыре литра
и обезжиренный барсук