я перед сном овец считаю
их на десяточки дробя
но постоянно забываю
себя
после института
магом стал антон
может обращаться
в офисный планктон
в августе арбузы
мне до лампочки
у меня на даче
зреют кабачки
верят все принцессы
что в борьбе за трон
победит не сила
а тестостерон
случайный секс на сеновале
ну в крайнем случае в гумне
отрепетируйте хотя бы
на мне
когда мы играли отелл и аид
там были такие аккорды
что верди имел озадаченный вид
морды
пылая страстью выпив стопку
я в спальню милого тащу
а он одно своё как попка
борщу
ты тащишь опять от экрана меня
шепча свои глупые ласки
а там на доске проворонил коня
ласкер
пусть чертит мороз на окне вензеля
резвится метель завируха
и долгих три месяца будет земля
пухом
по осени люда целует дубы
под музыку лео бернстайна
должна и в людмиле какая то быть
тайна
высокое небо и вишни в горсти
но главное снова не это
а ваша ладошка чтоб вместе идти
в лето
почти перепилена виолончель
к двадцатому бису по счёту
и шумно полопались у трубачей
щёки
мадам не давите скупую слезу
я слышал историй навалом
где три мудреца оказались в тазу
малом
когда ты в телеге трясешься сквозь бор
вдоль рвов ям оврагов и рытвин
не надо задумчиво трогать набор
бритвенн
просил орегано добавить в еду
а вы положили душицу
молитесь ведь скоро вы будете ду
шиться
«июдя де будет, до я за дего», —
апрель просморкался нос вытер
и свитер свой снял чтоб надеть под него
свитер
вчера остановлен был в детском саду
каким то разнузданным парнем
наездами есть чо а если найду
барни
мущщина вы чтоли совсем ни гугу
купите уже чёртов ландыш
я громко за вами орать не могу
гланды ж
идёмте со мною сказал шестикрыл
домой поворачивать поздно
и пыли в глаза мне слегка напустил
звёздной
нифниф и нуфнуф ветхий кров потеряв
напрасно не тратили время
а предали брата скорей анафнаф
еме
мы бросили облака дом снеговой
вкусили полёта свободу
и падаем вниз превращаясь с тобой
в воду
ему полюбилась чужая жена
явился с цветами и соком
а дома супруг и выходит она
боком
он был к ней привязан но есть одно но
она ему осточертела
поэтому руки испачканы о
телло
мечтала поэзией рифмой шурша
смеялась детьми не сатирой
а музыкой плакала тихо душа
мира
представь что с тобой мы остались одни
на этой огромной планете
теперь понимаешь зачем нам нужны
дети
парок над картошкой начетверо лук
краюха хрустящая хлеба
я в лучшей застольной компании друг
не был
гламур вдохновляемый новым клише
вполне подготовлен к зиме и
на сумочках туфлях ремнях и в душе
змеи
на горном курорте катались вдвоём
недолго совсем были вместе
два следа от лыж две полоски в моём
тесте
на стёклах узоры рисует мороз
курю я на лождии стоя
неважно мне где лишь один есть вопрос
кто я
засунув носки в шерстяные носки
и пятки засунув туда же
мы нет наступлению зимней тоски
скажем