я умер так и не расслышав
что смерть про жизнь шепнула мне
но рассмотрел семь букв forever
на маечке под саваном
из пустоты раздалось вот он
затем проклятия и плач
и побледнел на смертном ложе
палач
да вы по адресу оксана
я самый опытный пророк
могу сказать где вы неправы
но прок
хочу ещё шепнула осень
момент во времени ища
где бабье лето преподносит
еща
бьют диетологи тревогу
изза обилья вредных блюд
но аккуратно вдруг случайно
убьют
организатор революций
вождь итальянских овощей
стал членом партии зелёных
борщей
вам предложить бокал мадейры
а ты сказала предложить
но только на шестом бокале
переоделась в пеньюар
завёл кота кормлю ласкаю
подумалось в уборной мне
для счастья мне вполне довольно
всё той же ласки и еды
когда история не учит
вновь появляется олег
и пиздюлями загоняет
в обитель вспомнить чё к чему
я после смерти превратился
в твой календарь что на стене
и каждый день ты отрываешь
мои бумажные глаза
давно хочу тебе признаться
но ты не слушаешь меня
из под оглобли бубенцами
звеня
зухра стирательной резинкой
стирает лифчик и трусы
и остается обнаженной
средь нарисованных парней
так хочется обидеть зою
но как пока неясно мне
кастрировать нельзя ударить
я не могу я джентельмен
ну что расселся не в театре
в квартале красных фонарей
два акта длятся на порядок
быстрей
из глеба врач извлёк пинцетом
трех насосавшихся клещей
а остальных уже посредством
клещей
всяк по себе находит дело
глеб мент фома архиерей
олег с недавних пор закройщик
дверей
теоретически возможно
писать мелодию без нот
но кроме писаря не всякий
поймёт
пять тысяч двести сорок восемь
слабея начал мордехай
родные плакать перестали
мгновенно превратившись в слух
оксану никогда не бросят
и в этом нет её вины
не каждому дают свалиться
с луны
уборщицей конечно можно
меня смущает лишь одно
на репутации на вашей
пятно
во сне увидел лорелею
но почему то среди льдин
и тут в аркадии проснулся
пингвин
когда в случайную пивную
ты открываешь дверь ногой
то будь готов стоять в могиле
другой
что стало с хвостиком подсказку
сова для ослика иа
нашла в романе гончарова
и а
твои неправильные мысли
плутают потеряв покой
среди неправильных глаголов
тебе чужого языка
когданибудь меня раскроют
подумал штирлиц а пока
и начал истово плясать го
пака
мы через месяц поженились
но привыкали по частям
ты постепенно прирастала
к костям
мелькают в танце руки плечи
узор плетут к ноге нога
слегка потоптан гениальный
дега
патологоанатом крикнул
всем оставаться на местах
взлетает первая пятёрка
из ста
сменив еще пять шесть позиций
она сказала: без обид
чем лучше секса королевский
гамбит
катапультируясь из жизни
учитывайте что потом
допишут в жэзээл неточно
ваш том