масочки ковидки
туфли лодочки
хороши весною
пешеходочки
глеб явился к загсу
пьяный налегке
так и хоронили
в том же пиджаке
осень кот соседский
в тапок мочится
грустно небо в тучах
выпить хочется
фу на ваши виллы
роскошь и уют
на заводах людям
грамоты дают
примеряет осень
жёлтую фату
я свою достала
вытерла плиту
ночь стону не чтобы
волю дать страстям
чтоб найти местечко
всем больным костям
сделаю тыг дыг я
быстро и вернусь
лапками по пузу
и контрольный кусь
бывало во дворе нарвешься
на питерскую гопоту
чо по цветаевой а если
прочту?
ах как по-женски ночью в поле
да на философе верхом
пренебрегаючи евонным
имхом
на лобном месте нынче гоголь
листы бумаги печь дрова
и куча мёртвых душ в программе
том два
проблемы ваши так ничтожны
глупы надуманны мелки
а у меня враги украли
МЕЛКИ
то эти молят о пощаде
то те о ней же верещат
на вас на всех не напасёшься
пощад
вот если б я была царица
везде наставила бы дыб
а если б ты была царица
то ты б
хотел в рассвет уйти из дома
послушать пенье первых птах
но тут жена спросонья строго
кудах
читая маленького принца
наш колобок совсем раскис
осознавая что в ответе
за лис
валяюсь в ситцевой пижаме
и мне настолько хорошо
что чат меня считает нимфой
в ажурном шелковом белье
тут всюду маленькие дети
а вы в туфлях и без очков
и растоптали между прочим
уже примерно пятерых
глеб в перерывах между сексом
читает подлинник майн кампф
чтоб полюбившиеся строки
выкрикивать на пике чувств
вставай проклятьем заклейменный
и я встаю потом сажусь
потом ложусь и засыпаю
так мощь проклятья велика
страшней всего когда у мага
что должен вылечить тебя
в одной руке бутылка водки
а в двух других по топору
и воробью бывает плохо
но он не жалуется а
летит на поиски гудящих
высоковольтных проводов
в нутрях сидевшая чужая
внезапно вылезла из нутрь
крича купи мне эту зая
из нутрь
я слабо верю в справедливость
и в независимость суда
а потому кладу банкноты
сюда
олега на нудистком пляже
все узнают не по лицу
открыв окно на мир мятежный
всегда критически смотри
в дурдоме важно оставаться
внутри
олегу ольга словно совесть
всегда хотел её иметь
несмело входят крепостные
снимают валенки в сенях
и бьют челом с размаху об пол
меня
нас жизни учат те кто сами
нормально не умеют жить
куда куда вы удалились
я удалял совсем не вас
я сопли завязал на бантик
как нравится моей душе
достал меня во мне романтик
уже