искал аркадий смысыл жизни
в кровати шарил под ковром
и в санузле а в холодильник
не догадался заглянуть
забыл лаптоп свой на веранде
а ночью вдруг посыпал град
и ингеборге дапкунайте
отправил странное письмо
колумб америку закройте
а то уже который год
оттуда жутко дует ветер
свобод
из хромосомного набора
я потерял пять хромосом
теперь я не обычный коля
а сом
представь себе что ты счастливый
а рядом су ухо обна
уло и обворо и убла
жена
друг в беде не бросит
если ты взгрустнул
и петлю намылит
и подержит стул
на плече устало
ленин нес бревно
думая что дома
ждет еще одно
ты добавь мне осень
к яркости палитр
вдохновенья каплю
впрочем лучше литр
я хотела денег
а пришёл любовь
и сказал оксана
ужин приготовь
к праздникам настолько
организм привык
что с утра до ночи
требует шашлык
сразу на пол пуда
трудно похудеть
но в мою палатку
заглянул медведь
повернул оксану
глеб к себе спиной
только зря надела
лифчик кружевной
открутила гайку
разводным ключом
не пойму какую
не пойму на чём
за окном летают
стаи белых мух
мне в постель бы грелку
лучше сразу двух
розочки ромашки
уточки в пруду
где ещё такие
я трусы найду
не уснуть мне с кофе
с чаем не уснуть
видно бутерброда
надо бы куснуть
стенька взял рукою
персиянки стан
чувствует подделка
маде татарстан
в декабре на речке
просто тонкий лёд
а не то что кто то
слишком много жрёт
дядь дядь а дядь дай деськопеек
дай деськопеек дядь а дядь
мне деськопеек не хватает
на блядь
меж грозной сциллой и харибдой
он на спор плавал раза три
таким когда то был античный
экстрим
муа ха ха ха я родился
рыдай и корчься сатана
треск скорлупы четыре уха
луна
пошыл берестяной подгузник
набив гигроскопичным мхом
экологичнее чем памперс
имхо
стою один я у рассвета
и слушаю как громко бьют
часы мой тихий иллюзорный
уют
когда баранины в шашлычной
не много а наоборот
ашот проводит обновленье
ворот
ньютон открыл закон антона
и триста лет спустя антон
открыл закон и шепчет сука
ньютон
листая в детстве книгу странствий
мечтал о новых берегах
жизнь удалась и я всё время
в бегах
просматриваю варианты
что жрать мы будем под куранты
блинами устлана тарелка
на тёще дорогой халат
иду послушно мою руки
верёвки заняты бельём
в начальной школе единицу
басё за прозу получил
потом его ещё дразнили
обидной кличкой колбасё
так странно слышать поцелуи
жены и друга за стеной
а самому стихи о смерти
писать по столику ногтём