в тот год я жил в пустой каморке
и надышавшись пустотой
писал пустые эсэмэски
несуществующим друзьям
исус идет по глади моря
но я стараюсь не смотреть
я верила в него и раньше
а это все для слабаков
есть небольшая вероятность
что нас с тобой не подберут
и так мы и уйдем на льдине
в апрельский радостный стокгольм
сижу любуюсь водной гладью
вдруг проплывает труп врага
распухший синий безобразный
всё настроение к чертям
премьер откашлялся и начал
отчёт о ходе дел в стане
и вдруг он видит станиславский
сидит в тринадцатом ряду
ты смотришь как ебутся слизни
забыв про персик на столе
но по названию картины
не видно этого никак
по эллиптической орбите
несётся родина моя
со мной с тобой с покойным тестем
и с этой полною луной
оксана пахнет детским трупом
на шее траурный венок
фломастером скорблю и помню
написано на животе
на берег выбросились рыбы
что жили очень глубоко
опять хардкор на гуслях мочит
садко
иван идет под красным флагом
весь красный то ли от стыда
то ли от чувства превосходства
над теми кто под голубым
брал бритву острую и правил
ремни стянувшие мне грудь
а за спиной стоял бутусов
и мне подсказывал слегка
зухра словившая нокдаун
по стенке вежливо сползла
жива ну значит не со зла он
с пол зла
мои стихи не канут в лету
и не утонут никада
иных субстанций тяжелее
вода
из за кустов маньяк метнулся
и плащ с улыбкой распахнул
я сделал так же он поник и
вздохнул
всему виною понедельник
а также вторник и среда
а четверги я не любила
всегда
опять написано в подъезде
на скандинавском языке
а уж как насрано у лифта
никто не смог перевести
эх я не во время влюбился
ведь мне пошел четвертый год
я к женщинам еще не знаю
подход
подвыпив колобок решился
на танец булку пригласить
пощупать за бочок хрустящий
потрогать сморщенный изюм
когда устанешь улыбаться
к душе израненной пришей
улыбки контуры до самых
ушей
навстречу щастью и свободе
увидеть свет любой ценой
всю жызнь душа из клетки рвется
грудной
шумел камыш деревья гнулись
от вопля высохла вода
когда нажал на точку джи джи
гурда
свиреп натаскан на поэтов
и пару раз на поэтесс
и откликается на кличку
дантес
он из адама вынул ребра
и сляпал бабу кое как
господь зачем ты это сделал
да так
снаружи стрекоза стучится
впусти меня а муравей
пивка хлебнул и дальше зырит
хоккей
я счастье ложками хлебаю
вкушаю радость на обед
разбавь жена восторги прозой
котлет
какой нажористый ассольник
грей трижды ложку облизал
а как божественно хрустели
глаза
войдя в распахнутые двери
он звал андрея ильича
но из уборной доносилось
журча
усы гитара шляпа перья
ну вот пожалуй весь багаж
сказал боярский застегнув сак
вояж
как долго стали жить тортиллы
не то что раньше триста лет
шипят мы были не такие
мне вслед
за что же поп убил собаку
меня гнетет такой вопрос
за то что жаба задушила
иль в пост