и охуительный россини
воскликнул пушкин но потом
с тоской о цензорах подумав
на упоительный сменил
дни коротал не понимая
что не хватает в жизни щей
и у плиты тебя вальсиру
ющей
мне б морскому волку
бросить якоря
средь златой пшеницы
в жёлтые моря
у меня работы
непочатый край
разбросаю листья
ты поубирай
я б повелась на ваши рифмы
будь я девицей юных лет
но вы уж слишком малой формы
поэт
за все творящееся в мире
петра объял испанский стыд
за неимением родного
отечественного стыда
жену не бьёт олег петрович
видать не любит он её
глеб из художки тащит папку
пусть худощав и ростом мал
но что поделать если папка
упал
отец орёт где деньги сука
где книжка чортов весельчак
где куртка гад и тычет носом
в очаг
доктор офтальмолог
заклинаю вас
не хрусталь мне ставьте
розовый алмаз
в радости и в горе
в холод или в зной
буду бегемотить
лишь с тобой одной
вышлю глебу море
пальмы и песок
чтобы глебу в горло
не полез кусок
для тебя влюблённость
как романтика
для меня расход и
математика
в прозрачном платье из тумана
меня разбудит на заре
взяв колокольчик птичьей трели
босая девушка весна
напишу слезами
я тебе привет
может ты промокнешь
но скорее нет
когда встречались только взгляды
период самый лучший был
сегодня запретили брови
сидим и слушаем ликбез
как восхитительно прекрасен
лик без
напрасно я рылась в дырявой суме
там нет ни единой банкноты
и я подбираю финансам в уме
ноты
я николаев николаев
а я петров петров петров
а я вот пак пак пак пак пак пак
а я рабиндранат тагор
на острых шпильках покупаю
и получаю сдачу я
и с каждой новою монетой
все глубже ухожу в асфальт
с пути сверни там едет путин
сирены и огни горят
а он сидит за занавеской
и тычет пальцем хохоча
слепой мужчина осторожно
садится в жолтое такси
чтоб через двадцать два квартала
душить и резать и колоть
когда глаза ты закрываешь
и думаешь что видишь сон
я в желтом клоунском костюме
пляшу перед тобой всю ночь
я раскрутил свой сайт напрасно
теперь его не закрутить
веб мастер громко материться
какого черта так крутил
в режиме аленьких цветочков
мы прожили и год и два
потом ты превратился в монстра
и стал от всех меня беречь
напало снега по подолы
недолгих девичьих одежд
сказал по радио синоптик
чтоб понаглядней описать
тут жуков к глобусу подходит
ткнул пальцем и сказал отсель
и глобус весь обводит пальцем
и в ту же точку и досель
снежинки белые кружились
садились тихо на лицо
откуда снег успел подумать
поэт убитый в сентябре
душой оплакивая брата
глеб понимал едва ли час
и самому ему остался
прожить у мамы в животе
ах ты ребенок блядь сребенок
сказал усталый педагог
точнее не сказал подумал
предельно громко но не вслух