оксана ехала по встречной
вдруг отказали тормоза
и ну огромные всем строить
глаза
устав от буратино карло
берёт киянку долото
и производит даунгрэйд до
лото
бывает только в этом мире
я окончательно усну
в том ктото дёргает внезапно
блесну
писал божественные фуги
но быстро понял что богам
вполне хватает переборов
и гамм
когда в начале девяностых
мы приходили в ресторан
то соли было многовато
то ран
меня подставили пустите
я вообще здесь ни при чом
пытаясь вырваться кричало
плечо
долой поваренную книгу
готовлю по календарю
и голубцы в кленовых листьях
варю
белеет парус одинокий
неконтролируемо мчась
а говорили же учите
мачтчасть
не стоит оставлять гитару
когда уходишь за бухлом
подумал бард обняв печально
излом
везде ношу с собой скворечник
не вынимается пока
в кулак зажатая с синицей
рука
пинал царевич в пах кощея
он знал что смерть в яйце одном
но не догадывался точно
в каком
тихо и прохладно
вечером в саду
ты меня под вишней
жди я не приду
раньше выпил кваса
и поля коси
а теперь сто метров
ездишь на такси
подоспела клюква
и брусника с ней
осень вам не лето
ягоды кислей
весна погода парк скамейка
и шахмата в моих руках
ты пахнешь в ухо перегаром
и шепчешь лошадью ходи
кто видит солнце через доски
кто через толстый слой земли
а я гляжу сквозь рыб и воду
мне повезло щитаю я
убей себя ты попросила
открой окно и прыгни вниз
потом когда мне станет лучше
опять звони и приходи
есть женщины что ходят в шапке
на танцах в офисе в кафе
сильны совецкие проклятья
сильны заветы матерей
за целый день никто не умер
назавтра тоже никого
хозяйка в ужасе считает
запасы сала и крупы
счастливый маленький буддёныш
сверкая чакрами бежит
к своей игрушечной нирване
и погружается в неё
и я конечно пожалею
и локти искусаю в кровь
а ты мне сделаешь повязки
на оба локтя и уйдешь
мы не расплавились от зноя
мы не размокли от дождя
мы пережили минус тридцать
пришла весна убила всех
лет двести не даёт ответа
орнитология на то
куда несётся птица тройка
кто вылупится из яиц
от встреч со смертью умирают
истерики и слабаки
а настоящие каддафи
вселяются в своих убийц
однажды жизнь тебя научит
быть человеком а пока
идем немного полетаем
над крышей садом и рекой
когда в глазах у зинаиды
горит зелёный огонёк
то это значит что свободна
и счётчик выключён пока
глеб мухам отрывает крылья
за смену восемнадцать тысч
у них в цеху стоит немецкий
крылообрывочный станок
скучаю по тебе которым
ты был примерно год назад
и чтобы как нибудь отвлечься
встречаюсь с тем кто ты сейчас
дай обойму тебя дружище
дай пальцы за спиной сцеплю
а сзади третий друг накинет
петлю
надел мне пояс уезжая
и не вернулся через год
а я тут мучайся рожая
пин код