хирург увлекся видом крови
зажим тампон еще тампон
ах нет уже пожалуй поздно
пардон
мне двух мулатов обнаженных
бутылку водки иваси
иван а вам а мне пальто и
такси
одна пчела другой похоже
на нас плывет воздушный шар
с медведем на борту о боже
кошмар!
песком присыпав труп шерифа
свинья сказала эй медвед
давай ка навестим крольчонка
в обед
мне очень помогли уколы
а мне вовнутрь змеиный яд
а мне молитва и крещенье
а мне безвременная смерть
спокойства полон спящий город
и сфинксы спят поджав хвосты
и в небо смотрят величаво
мосты
на непогоду намекая
ненастна но навек нова
неумолимая нагая
нева
реки гранитные оковы
сжимают грозный нрав невы
и сфинксы каменно суровы
и львы
мой петербург жемчужно серый
разбудит робкая заря
шпиль засверкает над невою
паря
мосты подняв пролёты к небу
впускают утренний туман
и я кладу фрагмент рассвета
в карман
ночь так бела тепла и томна
и не сомкнуть своих очей
пока не кончится сезон не
ночей
границы стёрты дня и ночи
и в покрывале невской мглы
они становятся порочно
белы
намёк я думаю понятен
вы все у нас под колпаком
вам не поможет вашингтонский
обком
на дне тарелки с пирожками
пельмень коварный произлёг
другой бы съел давно а я вот
не смог
бывают органы такие
что стыдно говорить о них
сказал смутившись иннокентий
и тут же молча показал
тимур не любит баб в квартире
он даже кровью написал
в запачканном сыром подъезде
в квартире баб я не люблю
смотрю на юлю понимаю
что ей всего лишь двадцать три
потом смотрю ищо моложе
внутри
дорога пятнами асфальта
покрыта росписью под гжель
беда беду разрисовала
ужель
я мизантроп а это значит
все люди для меня скоты
но с вами так и быть давайте
на ты
в отряде конных гармонистов
мне очень нравится кентавр
ведь он прекрасен как мужчина
и гармонирует с конем
я с миром и с людьми общаюсь
на единицах и нулях
пишу записки на магнитных
полях
прошли Горячий Ключ степенно
небыстрым темпом ходоки
им вслед английский комментатор
Hot Key
свердловск пробит москва помята
как старый посох стёрт ростов
на волгограде швы разлезлись
но петербург красив как чёрт
простите все кого обидел
с трибуны гитлер прокричал
и все вокруг заулыбались
и закивали так йа йа
влечот вперёд стремленье к тайне
к истёртым временем годам
и с каждым днём сильнее тянет
к звёздам
на всеми брошенной планете
огромный старый механизм
не знает как остановиться
и ждёт тепла шершавых рук
я подарю трусы в горошек
тому кто первым скажет мне
пошто петрович воротился
к жене
реинкарнировавшись снова
исус сказал ну вот уж хрен
на этот раз я хуй вам буду
смирен
очнулся ночью тихо выпил
стопарь и хлебушек нюхнул
обратно лег взял в руки свечку
уснул
хинкальным запахом манили
кафе на берегах днепра
мне дед рассказывал про это
прапра